Почему я не особо беспокоюсь о состоянии Пэнси, но при этом спешу?
— Проклятье не смертельное, — ровным голосом говорю я, беря в руки волшебную палочку. — Не опасное.
Проводя над успокоившейся и уставшей Пэнси палочкой, провожу дополнительную диагностику.
— Тёмная составляющая. Цель — изнеможение жертвы, метка шрамами. Остановка воздействия при критическом состоянии. Поражение энергетики Тёмной Магией. Твоя аптечка маркирована? — я взглянул на Дафну, стоявшую с другой стороны стола и проведшую все магические гигиенические мероприятия.
— Маркировано по стандартам целителей, — сухим голосом ответила она, а лицо оставалось абсолютно безэмоциональной маской — окклюменция на полную, нет эмоций, лишь разум.
— Готовь мазь Б-12, Б-14, зелье группы «Ц» с первого по третий.
Дафна кивнула и занялась делом, а я проводил ещё более глубокую диагностику пациента, попутно локализуя распространение Тёмной Магии в ранах на теле. Пока что доступ непосредственно к ранам не требуется, так что Пэнси одета. Не забывал я и о необходимости обозначать свои действия словами и проговаривать план дальнейших мероприятий для самой Пэнси — протокол взаимодействия с пациентом в сознании активировался в голове сам по себе, Сметвик натаскал, да и осколок эльфа принял в этом участие.
Хотя, даже если пациент без сознания, ведущий целитель должен проговаривать свои действия, чтобы ассистенты, если таковые есть, понимали происходящее, не вглядываясь, и готовились к следующим действиям. Либо для воспоминаний, если работа пройдёт неудачно.
— Пэнси, — я обратил на себя внимание пациентки, и та медленно перевела на меня усталый взгляд. — Сейчас я локализуя тёмную магию. Потом, с помощью зелий и волшебства мы ликвидируем эффекты заклинаний и погрузим тебя в сон. В течение часа будут извлечены тёмномагические эманации и проведено первичное заживление. Шрамы будем сводить в течение недели…
— Нет… — довольно резко ответила Пэнси, и даже усталость на миг исчезла из её зелёных глаз. — Сразу… Шрамы сразу… Не оставляй. Нельзя… Палево…
Где-то в глубине сознания я хмыкнул на подобное слово в исполнении этой язвы, но разум оставался кристально ясен. Да, угрозы здоровью нет, вообще никаких особых проблем с лечением пациента нет, но держать сознание в максимально рабочем русле стало привычкой.
Дафна, услышав слова Пэнси, почти неуловимо вздрогнула, но продолжила подготовку необходимых средств, расставляя их, как и различные инструменты с материалами на отдельных столиках вокруг. Да-да, целители пользуются инструментами, схожими с обычными медицинскими хирургическими, ведь далеко не всегда можно использовать магию для работы с телом пациента, далеко не всегда можно парой заклинаний всё поправить, а при тёмномагических или же сложных комплексных повреждениях приходится порой работать как самый обычный хирург, и разве что уже непосредственно над поражённой областью, тканью, органом и прочее, работать магией. А до них порой нужно ещё и добраться.
На самом деле я удивлён, но одновременно с этим принимаю как данность то, что у Дафны есть аптечки и инструменты — крёстный, всё же, сам Сметвик. Вопрос в другом. Почему наставник не озадачил меня покупкой личного инструмента целителя?! Да и почему я сам не додумался? Не дурак же, в самом деле. Хотя, по словам той же Дафны, я умный, даже гениальный, но порой дурак дураком.
— Пэнси, — заговорил я вновь. — Ты понимаешь, что значит твоя просьба? Мне придётся работать с твоей энергетикой «на живую», резать её, а не вытравливать эманации, наращивать и сшивать. Круцио покажется тебе лёгкой щекоткой, а вводить в искусственную кому нельзя — пациент должен быть в сознании.
Пусть пациентка и была крайне измотана, но сознание её работало вполне эффективно, потому говорил я как есть, не упрощая.
— Делай… уже…
— Дафна. «Красное» зелье А-2, концентрация три к двум.
Она резко посмотрела на меня, и даже через идеальную маску окклюменции пробивались еле уловимые нотки беспокойства и неуверенности. И нет, дело не в зелье — дело в моём согласии. А зелье, Грёзы Энигмы, защитят сознание и душу пациентки от возможных травм психологического и любого другого характера из-за длительного болевого воздействия. Всё-таки работа будет с энергетикой, а не телом, а для энергетики анестезии нет.
Самое неприятное лично для меня заключается в том, что я не могу использовать какие-то эльфийские возможности или энергию жизни для быстрого и простого восстановления пациентки. Не «не хочу», а именно «не могу». Ну не работает это так! Были бы это простые травмы, всё было бы предельно просто. Но удаление тёмномагического воздействия так или иначе будет просто шрамом на энергетике, а без её восстановления не будет возможным и шрамы убрать, как и прочие следы. В обычном-то графике лечения я бы сделал это за неделю максимум, но вот так, на живую… Поэтому эльфы и ненавидят тёмную магию и магию смерти — врождённые навыки и способности эльфов не особо-то полезны против такого. Они даже не допускали к жизни в лесу тех, у кого вдруг, по воле богов, появлялась связь с энергиями этих измерений…