— Убери свои руки! — орал очередной подоп… пациент, конечно же пациент.
— Может, мы его, того? — Алан смотрел на дёргающегося на универсальном столе-койке пациента с лёгкой ухмылкой.
Что делал я? Потуже затягивал ремни для фиксации пациента. Этот мужик со средних уровней, уже год здесь, состояние ужасное, внешний вид не лучше, визуальный осмотр намекал на парочку застарелых проклятий, начавших активно прогрессировать, что выражалось в потемнении некоторых участков кожи и неравномерной деградацией тканей тела — левая часть усыхала слишком быстро.
А ещё он буйный, что не особо странно для средних и «нижних» уровней Азкабана.
— Нет уж, не будем мы его, того, — покачал я головой, затягивая очередной ремень. — Хорошо зафиксированный пациент в анестезии не нуждается.
— А ты не из добродушных.
— А что поделать? — я отряхнул руки от невидимой пыли, чуть морщась от теперь уже нечленораздельных воплей пациента. — В этом случае усыплять нельзя, неправильно диагностика пойдёт. И чары не наложить заглушающие. Придётся потерпеть.
— Кому? — усмехнулся Алан. — Мы-то к воплям разным уже привыкли.
— Да всем.
С этими словами я приступил к диагностике.
Привычными движениями палочки я выписывал различные фигуры над обездвиженным телом пациента, применяя различные чары и заклинания. Какой это пациент? Двенадцатый. Два дня я был полностью в работе, практикуя исцеление, иногда используя как тёмные заклинания для ограничения распространения проклятий, так и куда более классические, или даже энергию жизни. В конце концов, мне нужна именно такая практика — ещё ведь Аластора нужно будет подлечить, а там без энергии жизни не обойтись. А с ней сложно, других лечить — не себя.
А тёмная магия в целительстве чуть ли не норма, когда зелий под рукой нет. Через нанесение вреда или жертву в том или ином виде можно исцелить многое, закупорить проклятья, изолировать их и удалить. В моём случае может показаться, что я калечу пациентам одно, но лечу другое, однако это не так, всё намного проще — я могу приносить в жертву свою жизненную силу, тут же восстанавливая её через связь с измерением жизни. Признаться, до такого я додумался только вечером первого дня в Азкабане. Даже осколок эльфа содержал лишь намёк на подобное, вот я и не думал в этом направлении. Но… Делаю ли так сейчас? О, нет, Азкабан даёт удивительные возможности.
Закончив с диагностикой, я приступил к лечению. Сначала, тёмная магия для локализации и изоляции застарелого проклятья в одном месте. Медленно и элегантно провожу палочкой по широкой дуге над пациентом, выписывая нужные мне фигуры и вкладывая правильные образы и формулы, попутно приговаривая крайне длинный вербальный ключ на смеси арамейского и латыни. Эти действия оставляют чёрный шлейф в пространстве вслед за палочкой, а атмосфера вокруг становится ещё более мрачной и удушающе тёмной.
Пациент пытается биться в истерике — тёмная магия лупит по мозгам жертв дементора не хуже молота по наковальне.
— М-м-м!!! — мычит несчастный, но ничего страшного, скоро перестанет.
— М-да, — поморщился Алан. — Никак не привыкну к методам тёмных целителей.
Да, не красиво, зато работает.
Закончив с формулой и создав ленты чёрного шлейфа в воздухе, плавным движением палочки потянул их, словно в воде, направляя в тело пациента. Они быстро впитывались, расползаясь венами под кожей, заставляя подоп… пациент, конечно же, бессмысленно биться на столе, вот только фиксация надёжная, так что он скорее не бился, а вибрировал.
Теперь нужно, контролируя процесс палочкой, провести ленты по телу и энергетике, собирая проклятье и локализуя в одном месте. Это уже не особо сложно, по крайней мере для меня, вербальных форм не требует, а значит я могу сказать что-нибудь Алану.
— Были бы зелья или возможность их варить, я бы не применял подобное.
— Не положено, — выдохнул Алан, с которым мы уже обсуждали эту тему.
Итак, я использую тёмную магию, но ничего не приношу в жертву, ничего не теряю, никого не мучаю — пациент не в счёт, он мучается не из-за меня, а сам по себе — и не убиваю, так откуда энергия для тёмной магии именно в классическом её понимании по меркам этого мира? Так вот она, повсюду здесь! Это же Азкабан — здесь столько волшебников было замучено до сумасшествия и смерти, самым тяжелым и отвратительным способом, дементорами. Здесь просто море тёмной магической силы, бери сколько надо, пока сам от неё не помрёшь в мучениях. Меня-то защищает связь с фениксом, а вот обычный волшебник быстро свихнётся или превратится в чудище в прямом и переносном смысле. Либо и то, и другое.