Мы прошли все залы, осмотрели всё, пусть и не очень подробно. Химия, физика от простейших, элементарных вещей до элементарных частиц — здесь было представлено всё понемногу, и даже были секции, где сотрудники вместе со школьниками проводили интерактивные демонстрации тех или иных вещей. Впечатляет, честно. Если бы в прошлой жизни нас водили в подобные места с подобным вовлечением в научную среду, наверное, не пришлось бы так сильно заставлять себя учиться. Нет, были конечно походы в музей, но… Различная и совсем неинтересная рухлядь, или чучела, или всякая дрянь в формалине — серьёзно? Это было бы интересно уже взрослому человеку, которому любопытно подобное, но никак не детям.
И ещё — тут все говорили исключительно на французском. Это было небольшой проблемой лично для меня.
Что отец, что мама, довольно бегло говорили на французском, и даже Гермиона вполне неплохо понимала этот язык на слух, хотя её акцент и небольшая заторможенность в формулировании мыслей выдавали отсутствие практики в языке, но неплохие теоретические знания. У одного меня голова болела, когда я слышал французскую речь. Беда в том, что сам язык я не знаю совсем. Однако, мозги у меня варят, и я быстро ассоциировал услышанное со смыслом, и… Тут-то и начались проблемы.
Фонетика французского языка сильно перекликалась аж с четырьмя языками из воспоминаний осколков. Пусть этих воспоминаний и недостаточно для того, чтобы построить хотя бы пару внятных фраз на тех языках, но на подкорке всплывали совершенно разные приблизительные значения слов, вступая в конфликт как друг с другом, так и с предполагаемым значением уже реальных фраз… Это нереально раздражало. Но зато я мог похвастать великолепным «р-р-р», да таким, что подражатели Эдит Пиаф откусили бы локти себе от зависти. Правда, это единственное, чем я мог похвастать.
В общем, покинули мы Большой Дворец уже к вечеру, и отправились поближе к отелю. Ресторанчик, вкусная и необычная еда, и только потом мы вернулись в сам отель, собравшись в нашем с отцом номере. Гермиона была просто счастлива и хотела со всеми поделиться этим счастьем, но сев на мягкую кровать, довольно быстро размякла, ударилась головой об угол подушки и потеряла сознание. Проще говоря — заснула.
Второй день так же прошёл в экскурсиях и прогулках. Музеи, интересные места, просто достопримечательности. Туристов, как мне показалось, было немного, но это нормально — самый сезон для посещения пляжных городов. А Париж лучше посетить в более прохладные месяцы, чтобы прочувствовать некую поэтическую романтику города. Осенью, например, когда желтеют листья.
На третий день энтузиазм Гермионы слегка поутих, и теперь в её сферу интересов вернулись магические особенности Парижа, а точнее — волшебный квартал. Конечно, можно было бы посетить ещё и местное Министерство Магии, но зачем? Мы прилетели сюда на самолёте, никаких волшебников вокруг не было, ничего необычного не происходило, а мой рюкзак-треугольник не вызвал вообще никаких вопросов за счёт трёх вышитых рун на внутренней стороне лямки — его в упор отказывались замечать обычные люди и даже мои родители. Пока сам в руки им рюкзак не суну — не видят.
Утром этого самого третьего дня, погода немного успокоилась, печь перестало, а небо было серым, но без намёка на дождь. Женская часть нашей семьи сменила лёгкие платья на более тёплые юбочные комбинации, правда, маме пришлось, если верить рассказам, принудительно вытряхивать Гермиону из джинсов и футболки, приговаривая, мол: «В столице моды не дело носить рабоче-крестьянскую одежду». Забавно, если воспринимать нашу фамилию не только как фамилию, но и как слово с его значением.
— Нам нужно в пассаж Жоффруа, — заявила Гермиона, когда мы всей семьей вышли из отеля.
Это заявление заставило родителей задуматься, но мама быстро нашла решение.
— Тут либо метро, либо автобус. Ну или мы можем прогуляться пешком. Последнее займёт где-то часа полтора неспешной прогулки — всё-таки не очень близко.
— Метро, конечно же! Так будет быстрее.
В итоге мы немного прогулялись до подземки, прокатились на метро, и вышли уже в другой части города, и вновь немного прошлись пешком, прежде чем зайти в этот крытый торговый центр. Множество интересных и не очень павильонов притягивали внимание, но Гермиона шла к конкретной цели.
— Я точно знаю, — говорила она, — что вход находится в одном магазине сладостей…