Выбрать главу

Продавец уловил мой взгляд и с нескрываемой иронией в лице подошёл и поставил на прилавок набор Феликс Фелицис.

— Если хотите сделать обидную шутку Зельевару. Отличный выбор.

И ведь вправду! Слышал разговоры старшекурсников, что им бы не помешало зелье удачи, но вот беда — нет рецепта в школе. Проверенного рецепта. Да и опыта нет. При неправильном приготовлении на четвёртом из шести этапов зелье может бабахнуть. И на пятом, да и на шестом. Незначительная ошибка может закрасться на любом из этапов, но скажется она начиная с четвёртого. Только действительно опытный зельевар справится с зельем жидкой удачи, а степень качества у него бывает лишь одна — первая. Она же первая, она же и последняя.

— Насколько верен рецепт?

— Вы хотите варить Феликс Фелицис? — удивился продавец. — Плохая идея. Опыт, опыт и ещё раз опыт.

— Когда будет опыт, — кивнул я.

— Поверю вам на слово, jeune magicien.

Прикупив ещё интересных и необычных мелочей, потратив в сумме не больше пятнадцати галлеонов, я покинул магазинчик. Странное ощущение, всколыхнуло память эльфа о том, как ему приходилось общаться с духами. Но обернувшись вслед ощущению, я увидел лишь только что прошедшего мимо меня мужика в мантии.

Бывает, что ты понятия не имеешь, почему считаешь кого-то подозрительным — просто считаешь, и всё тут. Стоит ли доверять подобному? Если ты обычный человек — можно прислушаться, но не доверять. Но если ты обладатель волшебного дара — нужно прислушаться обязательно.

Воспоминания осколка наложились на банальный интерес. Глянув по сторонам, я увидел не такое уж и большое количество волшебников вокруг. Аккуратно укутав себя магией, сфокусировался на незаметности и прочих маскировках, но не на невидимости. Всё-таки вокруг взрослые, а не неопытные дети. Если они умеют прислушиваться к своим ощущениям, то человека под невидимостью вполне могут засечь — просто слишком уж будет привлекать внимание то место, где стоит невидимка. Это противоречивое чувство, что в этом месте должен кто-то быть, но там никого нет.

В общем, под своеобразным отводом глаз, поддавшись эльфийским инстинктам скрытого передвижения с поддержкой магии, я последовал за этим мужиком. Да, безответственно. Да, недальновидно. Но слишком уж интересно. Нигде и никогда в этом мире я ещё не чувствовал этого лёгкого налёта присутствия духа. Не призрака, не какой-то души или чего-то подобного, нематериального, а именно духа.

Я шёл за мужиком и шёл, соблюдая дистанцию и не выдавая своего интереса. Мужик же явно спешил куда-то, но при этом старался сделать вид, словно находится на прогулке — рассматривал товары через витрины, останавливался, заходил в магазины.

Но всему приходит конец. Вот мужик ловко и почти незаметно завернул в проулок между домами, и я отправился за ним, предварительно взяв палочку наизготовку. Миг подумав, решил, что подготовка, это хорошо, а хорошая подготовка — ещё лучше.

— Флагеллаве́ртум, — прошептал я нужное заклинание, и палочка превратилась в короткую плеть, в любой миг готовую изменить длину или создать заклинание на кончике.

Вот теперь можно и заходить.

Проулок оказался достаточно узким и тёмным, чтобы пришлось напрячь зрение. Буквально в десятке метров дальше по проулку, за какими-то ящиками, слышался тихий голос. Я подобрался чуть ближе, чтобы услышать подробности, и немало удивился, узнав крайне корявый и с акцентом, но русский язык. Его я знаю — основным был в прошлой жизни.

— …ты слишком долго ходить, — говорил голос.

— Избавляться от хвоста, — отвечал второй.

— За тобой следить?

— Нет.

— Ты есть глупый коллега, — с неприязнью завернул первый, что меня позабавило.

— Где твои доказательства? — в интонациях второго слышалось явно возмущение, хотя они говорили тихо. — Где защита?

Я увидел, как из-за ящика высунулась рука с палочкой, но эту руку тут же перехватила вторая.

— Слежение. Без магии. Мы говорить на другой язык.

Интересно, мои фразы на французском звучали столь же нелепо?

— Я уже колдовство.

— Идиот! — шикнул первый. — Аппарация.

Вспышку нейтральной энергии было невозможно не почувствовать, а через миг — хлопок. И пустота. Никого я больше не ощущал. Неужели ушли?