— Профессор Снейп что-то хотел?
— Пожалуй. Попросил задержаться после завтрака. Возможно, что-то важное.
— Возможно, — Джастин задумался над чем-то, нагребая сосисок и бобов. — Хм. Хе-хе…
— Что такое?
— Да просто вспомнилось… Гриффиндорцы, да и мы сами, некоторое время считали профессора Снейпа воплощением зла, что строит козни против нас всех и мечтает разобрать нас на запчасти.
— Занятно, — улыбнулся я. — Похоже, вы тогда не думали о том, что Дамблдор вряд ли взял бы такого своеобразного деятеля в штат к детям. Хотя…
Задумавшись и представив, какое Снейп может оказывать влияние на неокрепшие и впечатлительные умы, волей-неволей согласился с Джастином — он прямо воплощение зла и тёмного мага. Интересно, неужели так мало в стране высококвалифицированных зельеваров, которые хотя бы теоретически могут согласиться на роль преподавателя по своей дисциплине в Хогвартс? Но, если подумать, зачем это нужно зельевару с высокой квалификацией? Тут нужно желать именно обучать, или получать бонусы от министерства за преподавательскую деятельность. М-да…
— Ханна, — я обратился к девушке, сидевшей напротив и обсуждавшей забавный казус на пятом курсе Рэйвенкло. Сплетни, проще говоря.
— Да?
— А какая зарплата у преподавателя Хогвартса, а по совместительству, декана?
— Ой, а я не знаю. Сью?
— Я тоже не знаю, — отрицательно мотнула головой рыженькая.
— Парни? — я повернулся к ребятам.
— Не-а…
Оглядев ребят вокруг, увидел Седрика — он сидел буквально через три человека от меня.
— Седрик! — откинувшись назад, за спины учеников, позвал я старосту.
Диггори тут же повторил мой маневр, откинувшись немного назад.
— Да?
— Сколько получает профессор и декан в одном флаконе?
— Хм… Как начальник средненького отдела в министерстве.
— А это много?
— Для кого как, — пожал тот плечами. — Кто-то месяц семью будет содержать в более чем приличных условиях, а кто-то за два дня промотает и не заметит.
— Пасиб!
— Ага.
Вернув себе правильное положение за столом, глянул на ребят.
— Теперь знаем.
— А зачем тебе это? — Эрни смотрел на меня с любопытством. — Метишь в профессора? Так это не скоро может произойти.
— Хочу понять. А сколько может зарабатывать мастер-зельевар?
— Ой, а это я знаю, — оживилась Сьюзен. — Если именно работать, составив себе график варки простых и средних зелий на поток для поставки куда-то, при этом беря заказы на сложные и крайне сложные зелья… Но без перегибов, конечно. Чтобы и отдых был как ежедневный, так и недельку-другую отпуска… То много. Прям вот много, — важно кивнула Ханна. — В галлеонах не скажу, но много.
— А если сугубо на сложных и очень сложных?
— Не лучшая идея. Смотри, Гектор, — Сьюзен указала на тарелку с овсянкой. — Это то, что ты получишь всегда и в любом случае, работая по объёмным заказам на простые зелья. Они нужны всегда и везде, аптеки с радостью пользуются услугами частников в этом вопросе. Для мастера сварить огромный котёл простого зелья — как чихнуть. Может даже не заметить, как сварит, попутно читая интересную книгу. А сложные зелья нужны редко-редко, но стоят дорого-дорого.
Ханна подцепила вилкой копчёную колбаску и перенесла в свою тарелку.
— А колбаска — хороший заказ на сложное зелье. Она стоит дороже овсянки, которую я получила сегодня, вчера и получу завтра. Но её ещё нужно успеть ухватить. Если откажешься от овсянки, которую получаешь всегда, то можно и голодным остаться, не успев ухватить колбаску.
— А, — кивнул Джастин. — Это и так понятно…
Сьюзен обиженно надулась, а я ткнул в бок Джастина.
— Мог бы просто поблагодарить за столь творческий подход к объяснению.
На мои слова Сьюзен улыбнулась и слегка смутилась.
— Мне вот, например, — продолжил я мысль. — Никогда ещё не объясняли экономические модели при помощи овсянки и колбасок.
Завтрак прошёл за пустыми разговорами, а девочки поведали несколько сплетен, которые я и так знал за счёт паучков. В который раз я убедился, что людям свойственно чертовски преувеличивать, видоизменять информацию, передаваемую из уст в уста — всё было совсем не так. Но в целом, смысл тот же.
После завтрака я дождался профессора Снейпа у дверей Большого Зала. Он подошёл вместе с Дафной.
— Дафна, — улыбнулся я девушке.