Директор Дамблдор сидел в своём кресле. С невозмутимым видом он стряхнул со стола догоревшие остатки бумаг, и взглянул на бессознательного министра.
— А виновный, — заговорил он, привлекая к себе внимание, — всегда оказывается наказан. Говорил я, Корнелиус, давай по-человечески. Нет, сюрприз и приятную неожиданность подавай, чтобы похищенный ощутил всю гордость за честь участвовать в турнире.
— Директор, — Снейп прервал монолог Дамблдора. — Меня, безусловно, не побоюсь этого слова, радует текущее состояние неуважаемого министра магии, но есть куда более важный вопрос. Где мистер Грейнджер?
— Не беспокойся. Антиаппарационный барьер был пробит изнутри, и точка выхода тоже здесь же. Где-то внизу, на уровне подземелий. Фоукс…
Дамблдор обернулся к фениксу, невозмутимо сидящему на своей жёрдочке.
— Найди, пожалуйста, мистера Грейнджера.
— Курлык!
— Не хочешь? Но с ним всё в порядке?
— Курлык.
— Вот и славно.
— Дамбльдог… — Мадам Максим исказила фамилию директора во всех доступных ей слогах. — Но что делать с заложник? Месье Делакур-р дал понять, что не желает видеть милый Габр-ри́ в этой р-роли́…
— Мы, мадам Максим, отправимся на поиски мистера Грейнджера и, надеюсь, при повторной попытке сначала всё-таки поговорим, а потом будем колдовать. Надеюсь, наш почтенный министр магии изволит оставаться в бессознательном состоянии хотя бы до утра.
— Я передам ваши пожелания мадам Помфри, — кивнул Снейп, подхватывая магией тело Фаджа.
— Дерзкий мальчишка… — недовольно прошипел Каркаров, с недовольством стряхивая пепел от волос с головы.
— Игорь, — ухмыльнулся Дамблдор. — Тебе очень идёт новый образ. Знаешь, говорящий такой.
Дамблдор развернулся в кресле к разбитому окну и взглянул в ночное небо. Почему всегда всё так сложно?
Часть 38
— Я не понимаю…
Пэнси Паркинсон находилась в полнейшем недоумении, сидя в розовой ночнушке на кровати Дафны, старательно изучая руны, сложной цепочкой тянущиеся спиралью по стойкам балдахина.
— Вот же хитрая змея, — без тени злобы или зависти, Пэнси в очередной раз пыталась понять суть этих Рун.
Дафна дёрнула ногой во сне, стукнув Пэнси в спину, и Паркинсон тут же обернулась к спящей под покрывалом подруге. Не нужно быть экспертом, чтобы понять — Дафна вновь изображает из себя морскую звезду, заняв большую часть поверхности и без того огромной кровати. Огромной, мягкой, удобной, помогающей лучше высыпаться, и всё за счёт Мордредовых рун!
— Хватит дрыгать телесами! — тихо возмутилась Пэнси, зная, что Дафна всё равно не проснётся.
— Дхе-хе-хе… — Гринграсс похихикала во сне, а благостное выражение её лица вызвало нервный тик у Пэнси — задёргался глаз.
— И так каждый раз, когда я так близка к разгадке.
— Спросила бы её, да и всё, — безразлично пожала плечами Миллисента, лежавшая на своей кровати с книгой в руках.
— Не-ет, так не интересно, — Пэнси закатала невидимые рукава принимаясь со вновь вспыхнувшим энтузиазмом изучать руны.
Тишина. Лишь шорох страниц книги в руках Миллисенты раздавался в комнате. Где-то в гостиной факультета проходила небольшая вечеринка старшекурсников, но они вообще слишком уж любили различные вечеринки, и, по мнению Пэнси, слишком сильно старались походить на своих родителей. Сидели с важным видом, куртуазно гоняли чаи или что покрепче, велеречиво обсуждая совершенно неподходящие темы. Конечно, так делали не все, но общее впечатление всегда было именно таким. Да даже тот же Драко слишком часто уподоблялся своему отцу, рассказывая различные нелепицы всем, кто был готов его слушать.
— Эх… — вздохнула Пэнси, подобрав ноги под себя и продолжая сидеть на кровати Дафны. — Ну как она выдумала подобное?
— Ты не поймёшь, — безразлично высказалась Миллисента, не отрываясь от книги.
— Хочешь сказать, я тупая? — вспыхнула Пэнси.
— Ты слишком неусидчивая и вспыльчивая. Будь ты при этом ещё и тупая, то была бы гриффиндоркой.
— Не вяжется, — усмехнулась Пэнси, взглянув на Миллисенту, наполовину задёрнувшую зелёный балдахин своей кровати. — Если к нам на факультет шляпа не зачисляет тупых, то что здесь делают все эти… тупицы?
— Ну, — задумчиво и медленно потянула Миллисента. — Некоторые из них знают много больше тебя.
— Не путай знания с умом, — отмахнулась Пэнси. — Знания это…