Одна из подушек Пэнси, которые она стаскала на кровать Дафны, мгновенно устремилась в ухмыляющееся круглое лицо Миллисенты, исчезая вместе с этим лицом за балдахином. Этот самый балдахин, бархатно зелёный, медленно закрывался, а вместе с этим становился всё тише и тише смех Миллисенты, пока не стих окончательно, как только закрылся балдахин.
Пэнси некоторое время продолжала сидеть на кровати Дафны, краснея и держа под прицелом палочки тело Гектора.
— А вдруг помощь и вправду нужна? Неспроста же дымится…
Пэнси быстренько сползла с кровати, оказавшись на полу рядом с Гектором. Продолжая краснеть и прикрывать совершенно не нуждающуюся в подобных мерах грудь, прекрасно скрытую за ночнушкой, Пэнси начала водить палочкой вдоль тела Гектора, проводя известные ей диагностические мероприятия.
Через минуту, когда девушка выяснила, что парень не пострадал, а единственная его проблема — сложносоставное заклинание сна, которое было явно не закончено, Пэнси поймала себя на странной мысли. Она продолжает прикрываться, но при этом не надевает мантию, до которой рукой подать. Значит ли это, что она подсознательно хочет находиться в таком виде рядом с парнем?
— Дхе-хе-хе…
Резко обернувшись, Пэнси увидела, как спящая Дафна схватила рукой подушку и теперь обнимает её, чуть ли не пуская слюну.
— «Хе-хе-хе», да? — ухмыльнулась Пэнси. — Будет тебе «Хе-хе-хе». Обжевалась зельями для отдыха… Только вот…
Пэнси взмахнула палочкой, очищая комнату от лёгкого запаха дымка, попутно пытаясь починить одежду Гектора. Не получилось — какие-то странные повреждения, явно магические. Ткань грозилась рассыпаться. Пэнси дотронулась до рукава водолазки Гектора, и кусочек ткани буквально рассыпался.
— Ма-ать… Вот же его приложило, — удивилась Пэнси. — Или он приложил…
До девушки дошло, что сдвинь она Гектора с места, и его одежда может рассыпаться. Чары сна на парне очень мощные, финита не возьмёт. Сами спадут далеко не скоро. Похоже, второй компонентой чар должно было быть что-то типа стазиса, или нечто подобное, да ещё и с условием на пробуждение — так подсказывал девушке её опыт в чарах, а именно в этом она была диво как сильна, ведь прикладывала к изучению чар и заклинаний все свои силы и знания.
«Интересно, а будет ли мой отчёт семье полноценным, если в нём не будет упомянуто состояние тела Грейнджера? Они же просили — полный отчёт» — Пэнси искала оправдание тому, что непроизвольно, потихоньку, аккуратно «отламывает» кусочки водолазки Гектора, обнажая руку. Разумеется, нужно будет продолжить процесс и всё как следует обследовать, ведь отчёт не будет полноценным, без точных данных?
«Самообман — куда я качусь?».
Краем глаза Пэнси заметила, как чуть-чуть приоткрылся балдахин на кровати Миллисенты, а из небольшого проёма, словно в страшной сказке, сверкнул один глаз девушки.
— Милли… — зарычала Пэнси, отдёргивая руку от Гектора, но недостаточно аккуратно — водолазка рассыпалась прахом.
— Хм… — донеслось из-за балдахина. — Неплохо.
— Ты же спать пошла.
— Но мне же тоже интересно.
— Всё увидела?
— Погоди, я считаю кубики его пресса.
Пэнси взмахнула палочкой, создавая в воздухе подушку и отправляя в приоткрывшийся балдахин. Вновь донёсся смех, и тут же стих, вместе с закрывшимся балдахином.
— Всё, — хлопнула себя по щекам Пэнси. — Пора приводить план издёвки над хихикающей змеёй в действие.
Пэнси встала, выдохнула, и приготовилась взмахнуть палочкой. Сама для себя она думала не только об издёвке, довольно двусмысленной и непредсказуемой, но и кое о чём другом. Помимо того, что просто грех не воспользоваться обстоятельствами для лёгкой издёвки над Дафной, так ещё и кровать её является, пожалуй, одним из самых защищённых мест в Хогвартсе — столько рунических вязей девушка не видела даже на самых изощрённых артефактах в доме. Если у этого краса… грязнокровки, да, помыслы не чисты, то его ощутимо приложит магией. И Пэнси, как настоящая подруга, скажет Дафне: «Ха-ха! Смотри, любимец твой вовсе не так хорош! А я — молодец!».
Движением палочки, Пэнси очистила Гектора от праха в форме одежды, мимоходом огорчившись, что нижнее бельё парня осталось целым. Ещё взмах, и парня безжалостно подбросило в воздух, буквально впечатывая в кровать Дафны.
«Ой-ёй!» — Пэнси корила себя за несдержанность.
Ничего не произошло.
Пэнси подождала, но ничего не происходило. Она точно знала о том, как работают все уровни защиты этой чудо-кровати, секрет которой она пытается разгадать уже не первый месяц, а потому оставалось лишь сделать простой вывод — Грейнджер отнюдь не враг её подруге, и помыслы его действительно чисты.