Сконцентрировавшись, начал попытки выводить свою энергетику из состояния сна. Долго, очень долго. Шаг за шагом, капелька за капелькой. В один прекрасный момент я почувствовал, как сознание обретает былую силу и мощь, оковы незавершённых чар спадают, возвращая контроль над телом.
Глаза открылись резко. В этот же миг на задний план ушли потоки информации от паучков, вновь превратившись лишь в этакие ментальные звёздочки, до которых можно добраться легко — лишь протяни руку.
Тепло, уютно, в меру мягко с двух сторон. Внутренние часы говорили, что сейчас около четырёх-пяти часов утра. Но пару минуток-то можно и полежать? Конечно можно! Хоть руки мои и были оккупированы, некоторая свобода есть. Аккуратно и медленно пошевелившись, приобнял Дафну одной рукой. Та почти не среагировала, продолжая крепко спать и мерно посапывать мне в шею. Приобнял другой рукой Пэнси. Та устроилась поудобнее, прижимаясь. Тоже спит.
Желание вот так и валяться было крайне велико. Всё это вызывало сугубо и только позитив, но умом я понимал — не нужно медлить. Да, может так статься, что и без меня всё решат, и я даже уверен, что так и будет. Вот только это создаст ряд проблем, а проблемы никто не любит — отыграются потом ведь.
Тихо вздохнув, проверил руками наличие и состояние нижних «девяноста» у девушек, окутал их магией и этой же магией аккуратно приподнял в воздух. Миг, и я выскользнул из кровати, аккуратно кладя девушек обратно, поплотнее сдвинув друг к другу — пусть сами обнимаются. Они, кстати, сразу же так и поступили.
По привычке потянувшись к кобуре на предплечье, не просто обнаружил её, но и палочку внутри — не заметили? Проигнорировали, посчитав нормой? Кто же знает…
Взмахнув палочкой, трансфигурировал воздух вокруг себя в одежду, закрепил результат, создал обувь, влез в неё и, создав чёрную простую мантию с капюшоном, окутал себя магией, делая полностью необнаружимым настолько, насколько хватало фантазии.
Дверь в комнату была зачарована, но даже без диагностики было понятно, что чары и заклинания направлены в стены и наружу, а изнутри можно делать что угодно. Вот я и сделал — открыл её. Тихо, ни одна петелька не скрипнула, ничто не щёлкнуло, и я легко и без проблем почти вышел за дверь, но обернулся, ухмыльнулся своей мысли, и несколькими взмахами палочки создал пару букетов и записку типичного содержания, мол: «Так и так, ночь была прекрасна, но вряд ли повторится. Павший принц». Наверняка они посмотрят воспоминания Пэнси и Миллисенты, и всё поймут в итоге. Если умны.
Вот теперь я с чистой совестью покинул комнату, прикрыв за собой дверь. Неожиданной проблемой для меня стало то, что по известной мне информации, женские крылья всех гостиных защищены мощными сложными чарами, чтобы парни не шлялись, где не надо. Бороться с этими чарами у меня не было никакого желания. Выход? Можно, конечно, вновь попробовать аппарировать, ломая защиту мощнейшей вспышкой магии, но есть ведь вариант и проще! Как там звали особо неадекватного домовика, одного из тех, что благостно таращатся на меня на кухне, ожидая магической подачки? Тинки? Винки? Дипси? Ляля? Что за бредовые имена…
— Турки, — тихо позвал я, сдерживая смешок. Позвал, и «турки явились».
— Молодой сильный волшебник звал Турки? — тихо осведомился домовик, сложив ручки вместе и преданно глядя большими глазами.
— Да. Ты можешь меня перенести к директору?
Сознанием я подключился к паучку на рюкзаке — именно Дамблдор таскал этот рюкзак, прочесывая подземелья на пару со Снейпом.
— Турки очень сожалеет, — понурился домовик, — но домовикам нельзя переносить учеников.
— Ты молодец, Турки, — я склонился, погладил домовика по голове, вливая побольше магии, и домовик поплыл. — Но директор отчаянно меня ищет и мы не можем заставлять его ждать. Ведь он директор!