— Ладно, пойду я, — налив себе ещё стакан сока, я взял его и встал из-за стола. — Послезавтра уже вечер этот, а у меня толком ничего не готово. Я у себя, если что.
Поднявшись в комнату, я вновь сел за расчёты. Довести до ума то, что само просится в качестве конечного продукта, а потом уже заняться защитой? Что же, попробуем-с…
Сделать то, что само получается — не проблема. Сколько бы я ни пытался рассчитать многозадачный защитный артефакт, получается лишь многозадачный атакующий, при этом ещё и прожорливый, что, само собой, недопустимо. Так помимо прочего, не получается сделать его, как бы сказать, единым — только что-то составное. Но раз мои расчёты сами тянутся к подобному, то почему бы и не сделать? Ведь я иду к Малфою. Он, пусть и в прошлом, Пожиратель Смерти, хотя сейчас его моральный облик для общественности довольно хорош — меценат, немного политик, не особо радикальные взгляды. Но это лишь обложка — это понимаю и я. Так что следует озаботиться вопросом.
Сидя за столом, я удивлялся, как расчёты складывались сами по себе. Три часа, и вот уже новый альбом испещрён формулами и схемами, а последние два листа, если сложить вместе, изображали круговую схему из мелких символов и контуров, часть которых позаимствовал из эльфийского плетения Исцеления — оно модульное, и назначение части модулей я знаю, благодаря чему и модифицировал этот контур ещё в самом начале своего здесь пути.
Посмотрев на это дело как следует, оценив всё и придя к выводу, что продукт получится качественным, я уже собирался покинуть дом и отправиться куда-нибудь подальше, например, в рощу неподалёку от дома Уизли, чтобы заняться созданием продукта, но…
— Не занят? — в комнату зашла Гермиона, глядя на меня с беспокойством.
— Нет, заходи.
Свободных стульев у меня не было, потому она присела на кровать.
— Ты понимаешь, насколько опасным для тебя может оказаться твоё присутствие на этом вечере? Что если Сам-Знаешь-Кто и вправду возродился? Дамблдор ведь сказал…
— Директор сказал, что Каркаров был убит по поручению Тёмного Лорда, — я развернулся на стуле, глядя на Гермиону. — Но он не сказал, что Тёмный Лорд вернулся, воскрес или что-то типа того. Если я правильно помню.
— Ну да, но ведь это значит, что он отдал распоряжение.
— Когда?
— Хм… Директор соврал?
— Ни единым словом. Каждый услышал то, что хотел. Или же не хотел. Суть не в этом. Даже если Тёмный Лорд вернулся, то я не вижу ровным счётом ни одной причины, чтобы он тут же, с корабля, как говорится, на бал, отправился творить бесчинства. Собрать сторонников, вломить предателям, показать тем, кто от него отрёкся, всю глубину их заблуждений. Он может быть психом ненормальным, что кайфует от пыток и убийств, но, с огромной вероятностью, он затаится. Потому что сейчас это выгодно.
— С чего бы? Лучше ведь сразу, пока никто не пришёл в себя…
— Не-а, — я улыбнулся. — Ты видела лицо Фаджа, когда Дамблдор говорил о Тёмном Лорде?
— Разумеется, — ухмыльнулась Гермиона. — Такую недовольную мину не каждый день увидишь, тем более у политика.
— Вот. Я уверен, что Фадж организует полноценную кампанию против Дамблдора, чтобы тот воду не баламутил. Если вдруг люди поверят, что Тёмный Лорд вернулся, и если этому будут доказательства, то будет паника по всем фронтам. Слишком уж уверились все в его кончине. Даже те, кому плевать, слегка запаникуют. Это не выгодно Фаджу, тем более очень много, как я понял, политических нюансов и заверений опиралось на смерть Тёмного Лорда. Я учусь на факультете, можно сказать, министерских детей. Я слышу разговоры, мнения, обсуждения. Фадж будет давить Дамблдора, стараясь максимально его дискредитировать. Тёмный Лорд боится только одного волшебника в стране — Альбуса Дамблдора. Так говорят, по крайней мере. Ну или ненавидит его. В любом случае, максимальная выгода Тёмного Лорда — тишь, гладь, да божья благодать. Это позволит восстановить силы свои, своих подчинённых, собрать под крыло нужных людей, может всяких маргиналов, чтобы были хоть какие-то боевики, а без них никак — с середины семидесятых это его стиль. Как говорится, у носорога плохое зрение, но с его размерами, это не его проблемы.
— Так-то логично.
— Это я к тому, что даже если вдруг, по какой-то нелепой причине, Тёмный Лорд наведается к Малфою в гости, то сделает это точно не на приёме, где будут представители всех политических направлений, в том числе и забугорные воротилы бизнеса. Малфой — публичный человек. Его дом — самое плохое место, чтобы там шляться. Я не вижу ни единой, даже самой сумасшедшей причины для визита туда Тёмного Лорда. Вся имеющаяся о нём информация говорит о том, что он предпочитает появляться только в случаях его тотального доминирования на «арене», будь то бой, или политика. А все остальные угрозы — вторичны. Уверен, Тёмному Лорду выгодно, чтобы вечер прошёл максимально гладко, чтобы потекли деньги его сторонникам, чтобы были различные выгодные соглашения и прочее. Пытки и убийства даже таких незначительных, но гостей в моём лице — точно не то, что ему нужно.