— Справа от меня, — леди Малфой указала на «Строгость», — Каллида Розье.
Эта леди сделала короткий кивок, обозначая, что речь идёт о ней, и выдала сугубо формальное:
— Рада знакомству, мистер Грейнджер.
— Последняя же на очереди, — улыбнулась леди Малфой, — но не последняя по значимости в нашем женском клубе по интересам — Эмбер. Просто Эмбер.
Рыжая леди с повязкой на глазах коротко кивнула и, судя по всему, она прекрасно ориентировалась в пространстве и без зрения — казалось, будто она смотрит на меня. Нет, она не просто смотрит — она просвечивает, как рентген, видит каждую мелочь во мне, от тела до магии и души — я уверен.
— У вас есть какие-то вопросы, мистер Грейнджер? — леди Малфой обратилась ко мне с лёгкой вежливой улыбкой.
— Вопросы есть всегда, — кивнул я. — Но, честно признаться, я ожидал знакомства с волшебниками. Как-то так сам сложился в голове образ именно волшебника, или какого-нибудь седого сварливого старца, когда разговор заходит о компетентных именно что волшебниках, а не просто людей с даром магии.
— Ты считаешь, — вновь заговорила мисс Сегура, и к её образу роковой дамы добавился ещё и чертовски приятный голос, от которого аж мурашки по телу могут пробежать, — что леди не могут быть действительно сведущи в магии?
— Это общий стереотип нашего общества, — краем глаза я заметил бокал с вином, что появился на столике справа от моего кресла. — И пусть я считаю, что всё зависит от стремлений лично каждого, учитываю я и то, что может преподнести общество.
Взяв бокал в руку, проверил магией содержимое — есть что-то. Сконцентрировавшись, создал невидимые магические нити из пальцев левой руки и провёл ею над бокалом, попутно создавая в голове чёткий образ фильтрации вина от магических добавок и зелий. Миг, и под моей ладонью выплыл из красной жидкости прозрачный шарик, полтора-два миллилитра, не больше. Волевым посылом я трансфигурировал хрустальную стопку, в которую и поместил эту жидкость, а саму стопку поставил на стол. Только после этого я сделал глоток чистого от зелий вина — вкусно.
— Потому я и ожидал увидеть мужчин, но не прекрасных юных леди.
— Льстец, — нейтрально констатировала факт «Строгость» из семьи Розье.
— Девушке столько лет, на сколько она выглядит, — пожал я плечами. — Так что это лишь констатация факта.
— Ладно, — мисс Сегура откинулась на спинку дивана, но сделала это, опять же, демонстративно. В её движениях было, я бы сказал, девяносто девять процентов естественности, и лишь один — планирования. Но взгляд… Взгляд говорил, что это всё результат долгой практики, и под её контролем абсолютно каждая часть её тела, мышца и, кажется, даже каждый волосок. — Неплох. Но всё же, мой вопрос остаётся открытым — что в тебе такого, что тебя представили нам? Кроме внешности — тут, конечно, нет вопросов. Зелья?
— В смысле?
— Формировал тело зельями?
— Нет, — ответила за меня Эмбер, молчавшая до сего времени. — Я вижу полную естественность происхождения, хотя зелья были, но другие… Да.
Голос её был плавным и текучим, словно вода.
— Отвечая на ваш вопрос, мистер Грейнджер, — заговорила леди Малфой. — Каждая из здесь присутствующих, по тем или иным причинам, отдаёт большую часть времени и жизни совершенствованию себя, своих знаний и умений, касательно магии, волшебства и их применения. Причины…
— Неважны, — Розье прервала леди Малфой. — У каждой они свои. Здесь — ещё далеко не все, но те, кто смог прийти.
— Ну, лично моя — не секрет, — улыбнулась леди Малфой. — У меня это — банально слишком много свободного времени в своё время было. В общем, к этим леди, и конкретно ко мне, вы, мистер Грейнджер, можете обращаться с различными вопросами касательно магии. Как я понимаю, вы планируете стать целителем?
— Это основная цель и идея, леди Малфой, — кивнул я, сделав глоток вина. — Но это не значит, что я отмахиваюсь от других направлений. Как оказалось, чтобы одиночке выжить и процветать в этом, безусловно, гостеприимном мире, нужно обладать крайне широкими познаниями в самых разных областях.
— И как же вы, позвольте узнать, — скупо улыбнулась Эмбер, — относитесь к Тёмной Магии?
— Двояко. С одной стороны, я считаю её своеобразными костылями. Но, чем дальше я погружаюсь в познание волшебства, тем больше понимаю, что эти костыли превратились со временем в уникальное и неповторимое направление магии. Искусство — неспроста это носит именно такое название.
— Но способны ли вы…
От Эмбер повеяло абсурдно сконцентрированной тёмной магией, но я бы не сказал по лицам остальных, что это что-то необычное для неё.