— Не переживайте, — похоже, Делакур ожидал подобный вопрос. — Есть варианты решения этой проблемы, безопасные для всех, и всех же удовлетворяющие.
— Вам виднее, — кивнул я. — Хорошо. В соответствии с договором, прошу продать земли мне.
— Вам? — Делакур действительно удивился. — Но… в чём смысл?
— А это не важно, — улыбнулся я. — Так что?
— Эм… Если вы хотите именно этого…
Полчаса мы составляли новый договор, завершали старый, договаривались о том, что Делакур решит вопросы с бумагами в министерстве — он согласился сделать это абсолютно бесплатно, так велико было его желание избавиться от земли. В общем, управились довольно быстро, а то, что подписывали какие-то бумаги пером, не привлекло никакого внимания посетителей и персонала ресторана — магия, страшная сила.
— Как скоро мне ожидать визита нежелательных волшебников? — уточнил я, передавая деньги и пряча в бессменном рюкзаке свой экземпляр нового договора.
— Предполагаю, что через неделю. Именно столько оставалось мне до повторного визита этих «почтенных господ», — Делакур мастерски выделял слова интонацией, не позволяя сомневаться в его отношении к «господам».
— А как быстро будет решён вопрос с землёй через министерство?
— Уже завтра, месье Грейнджер, уже завтра. Вы приедете в Хогвартс, и тут же их получите с совой.
— В таком случае, — мы встали из-за стола, а я протянул Делакуру руку. — Надеюсь на ваше участие в этом вопросе.
— Всенепременнейше, месье Грейнджер, — француз пожал мою руку в ответ. — Всенепременнейше. Рад, что мы пришли к соглашению. С вашего позволения, я ещё задержусь в этом чудесном месте.
Похоже, расплатиться тоже решил он. Или решит вопрос магией — у волшебников проблемы с совестью, когда вопрос касается обычных людей, и не важно, что говорят о себе эти волшебники, являются ли они фанатиками чистоты крови или же «магглолюбцами». Все хотят обмануть других.
Покидал я ресторан со двоякими чувствами на душе. Гуляя по вечернему Лондону, когда пасмурное небо горело оранжевым от засветки, люди ходили вокруг, всё ещё находясь где-то в Рождестве, глядя на яркие огни и ездящие туда-сюда машины, я думал… Думал о том, как конкретно разыграть эту карту? Двоякие же чувства были вызваны землями, принадлежавшими Ноттам. С одной стороны, я не собирался ими пользоваться по прямому назначению — они просто ресурс. Для меня было не важно, получу я их сейчас, через час или через годы. Получилось раньше — хорошо.
С другой стороны, Тёмный Лорд, похоже, решил оказать Нотту помощь через возврат земель. Возможно, этим они преследуют как восстановление некоей репутации Ноттов, или ещё чего, так и восстановление соглашений с Гринграссами. В таком случае, раз Гринграссам действительно были интересны эти земли, стоит разыграть их именно таким образом? Тут нужно будет подумать, но спешить не стоит. А сейчас — домой. Завтра утром меня и Гермиону ждёт Хогвартс-Экспресс, а значит нужно «надышаться» домашней атмосферой по максимуму.
Часть 61
Хогвартс — второй дом.
Так считают для себя многие ученики, считали раньше и будут считать в будущем. Связано ли это с тем, что большую часть своей юности волшебники проводят именно здесь, в стенах этого замка, вдали от родственников, строя свои, «непревзойдённые», уникальные интриги, или ещё с чем-то — мне неизвестно. Но даже я испытываю сугубо приятные впечатления от возвращения в этот замок, а ведь тут довольно много минусов, как бытовых, так и социальных. Но всё же уже сейчас, даже не окончив Хогвартс, начинаешь ощущать лёгкий флёр совершенно необоснованной ностальгии. Примерно в таком же состоянии пребывал и я на всём пути в Хогвартс-Экспрессе
Сова со в всеми нужными документами от мистера Делакура перехватила меня ещё в карете, на пути от перрона Хогсмида до Хогвартса. Документы как документы, ничего особенного. Даже тот факт, что сова принесла мне почту прямо в карету — сани уже были не актуальны, снег плохой, лёд на озере поплыл — никак не встревожил других учеников. Ну письмо да письмо, мол, с кем не бывает? Но лично меня этот момент порадовал, а документы я надёжно припрятал в своём рюкзаке — возможно они мне понадобятся уже в ближайшие дни.
Заняв своё место за столом факультета, я оглядел Большой Зал, кивнул тем знакомым, с кем не довелось пересечься в поезде, а на столах тем временем появилась еда во всём своём праздничном разнообразии. Разговоры вокруг, остатки рождественских украшений на стенах, чтобы ученики не забывали, после какого праздника пришли в школу, и какой сейчас вообще сезон года… А может быть и по другим причинам — откуда мне знать пути мыслей в головах руководства?