— У-ху… — ухнула сова.
Птица нагло и быстро спёрла с общей тарелки сосиску, и бочком, переваливаясь, отошла к наиболее свободному пространству. Взмахнув крыльями, легко взлетела и быстро покинула Большой Зал через окно.
— Наглая птица, — Джастин проводил её взглядом. — Самим сосисок не хватает.
Глядя на уменьшенный магией свёрток, я не совсем понимал, что с ним делать.
— Финита, — сказала сидящая рядом Сьюзен, и я посмотрел на неё. — Чары нужно снять Финитой.
— А у меня была мысль использовать Энго́ргио.
— Нет, Гектор, — мотнула головой рыжая девочка. — Может произойти наложение эффекта увеличения на эффект уменьшения. Нужно именно отменить. Если сомневаешься, что наложено только уменьшающее, то желательно использовать Финита Реду́цио, и вот такой взмах…
Сьюзен вытащила палочку и показала несложное движение.
— Реду́цио говорится на последней петле, с ускорением на ударном слоге.
— Ага… — я достал палочку. — То есть, по сути, удлиняешь Финиту на петлю, а на петле добавляешь Реду́цио?
— Именно, — улыбнулась девочка. — Попробуй.
— Финита Реду́цио.
Полностью повторив жест и следуя инструкции, я снял чары уменьшения со свёртка, который буквально раздулся до своих оригинальных размеров, заняв приличную часть стола передо мной.
— Хм, работает. Спасибо, Сьюзен.
— Да не за что.
— Реду́цио, — вернул я чары на место, уменьшив свёрток до примерно тех же размеров. Достав из рюкзака тетрадку и карандаш, вырвал листочек и написал коротенькую записку Дафне. Взмах палочкой, формула каскадной трансфигурации, и вот вместо листочка на столе сидит птичка наподобие оригами. Птичка прыгнула, чирикнула, и плавно взлетела вверх. Сделав круг над нами и привлекая немного внимания, она плавно полетела в сторону насторожившихся слизеринцев.
Я наблюдал за полётом, за плавным приземлением и за тем, как птичка превратилась в записку в руках Дафны. Пять секунд, и записка была прочитана и понята. Девочка нашла меня взглядом и кивнула.
— Как любопытно… — протянула Сьюзен. — Какая интересная история…
— Хочешь убью всю романтику интриги?
— Попробуй.
— В свёртке ингредиенты для зелий. У нас занятия у Снейпа.
— Оу, даже так, — Сьюзен наигранно воодушевилась, как и сидящая рядом с ней Ханна. — Только ты, она и…
— И Снейп, — закончил я, вместо Сьюзен.
— Убито, действительно, — девочки растеряли весь энтузиазм.
Пока мы говорили, ко мне прилетела та же птичка и превратилась в записку. Помимо моего текста, там была новая строчка: «После ужина у кабинета зельеварения».
— Ну, вот и всё.
— А что планируешь делать до этого времени?
— Как это «что», Сьюзен? Тренироваться в магии. Патро́нус тот же, хотя бы.
— А ведь и вправду, — Сьюзен и Ханна переглянулись. — Нужно разучить его до похода в Хогсмид. Иначе он будет напрочь испорчен, я уверена.
Девочки проявили удивительные организаторские способности, за пять минут собрав всех вместе и перекроив планы парней на свой лад. В итоге мы до самого обеда просидели всё в той же заброшенной аудитории, отрабатывая различные заклинания, но делая упор на Патро́нусе. Конечно, были у нас и разные учебники, и перекус, и сок, а девочки принесли журналы, которые обсуждали во время перерыва. В общем, неплохо, обыденно — ребята ждали, когда же наконец откроют клубы и кружки. Следует ожидать, что с началом действия различных кружков и клубов мы будем меньше проводить время за подобными занятиями.
После обеда мы отправились во внутренний двор, чтобы просто пострадать бездельем в одной из беседок. Правда, это остальные страдали фигнёй, весело обсуждая всякую ерунду, а я сидел и практиковал Патро́нус. Ну, как «практиковал» — пытался выполнить заклинание «по-честному», но быстро перешёл к симуляции позитивных эмоций. Постепенно, потихоньку, помаленьку наращивая их мощь. Ребята порой выдавали что-то типа: «Трудяга, не перетрудись», но я лишь улыбался в ответ.
Когда уже почти пришло время отправляться на ужин, из моей палочки начал появляться тонкий ручеёк серебряно-голубого дыма.
— Мерлинова борода! — тут же выкрикнул Эрни. — Народ, у него что-то получается!
— Просто много труда и перебор воспоминаний, — устало улыбнулся я, будучи полностью довольным подобным успехом.
Ну, а после ужина я отправился к кабинету Зельеварения. Двери были открыты, а внутри, за своим столом, сидел профессор Снейп, буквально заваленный свитками с домашними работами.