Слагхорн обвёл всех взглядом, но многим либо нечего было сказать, либо как Блейз или Дафна, просто молчали.
— Вне всяких сомнений, — важно и хвастливо поддакнул МакЛагген.
— Очень и очень вряд ли, — парировал я.
— И что же ты такого знаешь? — теперь у МакЛаггена прорезалась надменность. — Уж мне-то, близкому знакомому, виднее, не так ли?
— Пусть он и является главой Аврората, этого не делает ему чести в глазах населения. Мне не нужно говорить, как сильно Аврорат дискредитировал себя за последнее время. И если ДМП вполне хорошо выполняют свою работу, занимаясь тем, чем и должны, то Аврорат… — я покачал головой, делая глоток сока из бокала. — Тем более, после смерти Дамблдора…
На этой моей фразе многие немного пригорюнились. Кроме тех, кто в курсе реальных событий.
— …расстановка сил и мнений в Визенгамоте изменилась. А нам стоит помнить, что хоть должность министра выборная, но как утверждением кандидатов занимается Визенгамот, так и последнее слово за ними. Но давайте не будем о грустном и о политике — разговоры о ней неизбежно портят любой ужин.
— Вы правы, мистер Грейнджер, вы абсолютно правы. Я вот, помнится, тоже ездил на охоту с Руфусом. Разумеется, были мы там не одни. Тогда зима была, снег везде по пояс, а дело было в горах. И вот пришлось нам воспользоваться самодельными санями, чтобы спуститься. Длинные такие сани. И вот мы ка-а-ак понеслись…
За разговором пришла пора первых блюд, а за ними особо не побеседуешь. Небольшие порции приятного пряного супа были довольно быстро употреблены по назначению, и профессор перешёл к очередному гостю, мне.
— Мистер Грейнджер, скажите, чем вы планируете заниматься дальше, ведь вы уже подмастерье-зельевар? Тем более обучавшийся под началом профессора Снейпа, и поверьте мне, я прекрасно помню его как учеником, так и молодым мастером — обучение у него является показателем великолепного качества ваших знаний и навыков. Ваших, и мисс Гринграсс, разумеется.
— Сейчас я в ученичестве у целителя Сметвика, так что основным родом деятельности для себя я вижу именно целительство. По крайней мере это у меня получается словно само собой, и если другие мои мысли, планы и проекты окажутся не лучшей идеей, то у меня будет прекрасная специальность.
— У Гиппократа? — показательно удивился Слагхорн. — Признаться, я удивлён. Гиппократ один из лучших целителей на островах. Учеников почти и не брал никогда. Надеюсь, вы с достоинством окончите у него обучение, с вашими-то талантами. Главврач Мунго, к слову, мой старинный знакомый, жаловался как-то за бокалом доброго огденского, что мощных специалистов у нас маловато.
В качестве второго было как-то хитро запечённое мясо, вкусно безумно, отличный овощной гарнир и прекрасно подходящий ко всему соус. Вот за этими блюдами разговор уже более менее можно вести, хотя, кроме Слагхорна и того, с кем он говорит, мало кто общался, больше уделяя время либо изучению присутствующих — так Забини делал — либо просто скромно ел, при этом хмурясь. Невилл, например. Но тут причина проще — Слагхорн упомянул героизм его родителей и всеобщие надежды, что сам парень будет волшебником не хуже. А родители его в Мунго, в отделении ментальных травм от проклятий, и состояние их… прискорбное.
— Мисс Гринграсс, один мой хороший друг сообщил, что ваша семья резко улучшила свои дела в бизнесе. С чем я, к слову, вас поздравляю.
— Благодарю, профессор, — вежливо улыбнулась Дафна, чуть кивнув.
— Помнится, Уильям был очень амбициозным учеником с большими планами. И мне приятно знать, что после длительного застоя у вашей семьи вновь появились силы для рывка. Но, если не секрет, что вам позволило сделать рывок? Не поймите неправильно, но я, как уже говорил, хорошо знал Уильяма ещё учеником, и считал его очень перспективным молодым волшебником. А за успехами таких ребят я предпочитаю наблюдать.
Дафна словно бы спросила разрешения парой неуловимых жестов, на что я просто кивнул.
— Гектор помог в этом деле, передав множество наработок в смежных с бизнесом семьи областях, — Дафна демонстративно коснулась моей руки.
— В самом деле?
Слагхорн был удивлён, как и другие ребята. Ну да, об этом знают единицы и не распространяются, хотя фактически никакого секрета в этом нет. А вот Забини, похоже, догадывается, что и откуда взялось, ведь он общается с Ноттом, и некоторые нюансы последних происшествий ему так или иначе известны, и дело в таком случае за малым — просто подумать.