— Им смешно! Директор сейчас руку сломает в пяти местах, а им весело, — подумал я хмыкая и сосредотачиваясь.
Я и те кирпичи не бил кулаком, и этот не собирался бить костяшками. Зачем кости ломать, действительно⁈ Ещё Городецкий Саша говорил в далёком восемьдесят первом году: «бить надо слоем силы, собравшимся перед кулаком. Не чувствуешь её, и не пытайся крушить что-то серьёзное». Я тогда втихаря смеялся. Потом, когда смотрел, как он это делает, уже не смеялся, а думал. Но ничего не придумал. А сейчас и подавно не собирался травмировать кулак. Сам так научился бить. Получится разбить — хорошо. Не получится? Ну, что ж?
Я сконцентрировался, сформировал «победитовую» рукавицу, примерился, подбирая позицию по эффектнее и быстро опустил кулак на кирпич. Он даже не развалился, а просто лопнул, разломился и грохнулся двумя половинками на принесённый из кабинета труда коврик.
— Ох! — выдохнули зрители.
— Да, это подстава! — крикнул кто-то из взрослых ребят. — Он уже ломанный был!
— Сам ты подстава! — сказал папа, принёсший кирпич. — На второй посмотри.
И он и впрямь вытащил из сумки второй, похожий на первый, кирпич и кирпич прошёлся по рукам, дйдя до меня. Я улыбнулся, поставил и его на собратьев, и тоже «ударил». На самом деле, удар не был проникающим. Кулак останавился в миллиметре от ярко коричневого блока и кирпич снова лопнул. Сам лопнул. И это снова заметили.
— Он его даже не коснулся! — крикнул кто-то. — Я видел! Видел!
— И я видел!
— И я!
Зрители зашумели.
— Это, чтобы меньше было шума и пыли, — сказал я. — Есть такая техника. Чтобы не травмировать тело. Ведь кирпич тверже кулака. Какой бы кулак не был набитый.
— Бесконтактный бой! Я слышал! — сказал кто-то.
— Не, это не бесконтактный бой. Контакт есть, но очень тонкий. Не проникающий. Это если ломать черепицу, как японцы, тогда да. Надо двигать кулак сквозь стопку, чтобы коснуться всех. Хотя… Там немного другой принцип.
— А вы ломали стопку черепиц? — спросил кто-то из взрослых.
— Ломал. У меня друзья в Японии. Как-то они предложили мне выступить в девяносто втором году на чемпионате Японии вне соревнований, в показательном статусе. И тогда я ломал стопку из трёх черепиц.
— Тогда у меня не было этой силы, — подумал я.
После показательных выступлений я провёл с учениками разминку.
— А для взрослых будет секция? — спросил, подойдя ко мне, кто-то из взрослых, парень лет двадцати.
Я посмотрел на него и спросил:
— Интересуетесь?
Он кивнул.
— Чуть попозже. Со школьниками определимся, сколько групп будет, а потом и со взрослыми решим. Будет объявление.
— Хотя, конечно, нужно бы со взрослых начинать, — подумал я. — Хотя… хе-хе-хе… Я уже начал.
Начал, когда всех «учеников» посадил в позицию «сейза».
— Зачем мы так садимся? — начал я. — Традиция каратэ уходит во времена самураев, которые носили меч слева. Поэтому, сначала на колено ставится левая нога, потом правая. Пальцы ног упираются подушечками в пол, чтобы можно было встретить атаку, или резко встать, быстро вытащив меч. Самураям тоже иногда нужно было отдыхать, или беседовать сидя в полевых, так сказать условиях, где стульев не было, а опасность присутствовала. Да и приводить в порядок своё внутреннее состояние в такой позиции легче.
— Самурай садился в «сейза», закрывал глаза и сосредотачивался, стараясь успокоить сердце и мысли. Мысленно повторяя определённые фразы, он подавлял свои страхи.
— Молитвы, что ли? — спросил кто-то.
— Нет. Не молитвы. Фразы простые. Успокаивающие. Например я сам себе говорю: Я совершенно спокоен. Я чувствую приятную тяжесть. Лёгкий ветерок овевает мой лоб. Моё дыхание ровное и спокойное. Дыхание ровное и спокойное. Я совершенно спокоен. Я отдыхаю, но всё слышу и всё чувствую. Я совершенно спокоен. Совершенно спокоен.
Прикрыв на время глаза, я подал пример остальным и почти все последовали за мной. Родители сидели на скамьях, привалившись спинами к стене и многие отключились. Тех кто не отключился, я своими «щупальцами» не трогал, а с остальными провёл терапию по снижению уровня стресса и агрессии, «придушив» её центры, расположенные в миндалевидном теле и в заднем гипоталамусе. Тех, у кого гипофиз изливался красным, взял на заметку, решив уточнить как они ведут себя в семье и в обществе. Не хотелось их лишать тестостерона, то есть — мужской силы, но если что вдруг, то придётся вмешиваться и сюда.
— Нормально, — подумал я, продолжая проводить аутогенную разгрузку. — Лёд тронулся, господа присяжные и заседатели.
И тут я впервые понял и почувствовал, что у меня «работают» два сознания.