— Посижу-ка я здесь пока, — решил я.
Ну, не здесь в Тайланде, а здесь, в этом мире. Там за меня прежний «я» справится. Наблюдал же он за тем, что происходит. И матрицу его я подкачал. А я пока здесь пособираю свои матрицы. У людей их уже отнять можно. Всё равно они уже должны были скопировать и перенести им в разум то, что нужно исполнителям. Вразумить, так сказать. «Последний» через матрицы контролировал мир, а мне он без Флибера совсем не нужен. Не собираюсь я в нём задерживаться. Если один раз пытались ликвидировать, то и ещё раз попытаются. Лучше оставить в этом теле одну из «простых» матриц, и вернуться назад.
Я не верил, что если Флибер не нашёлся сейчас, то найдётся позже. Не знаю почему, но не верил. Хм! Вернутся назад! Легко сказать, но как сделать. Я-то на Флибера рассчитывал. А сам я по мирам прыгать не могу. Может «последнего» дождаться? Когда он сюда вернётся. Тот-то умеет перемещаться по мирам. Хм! А как он вернётся? Я же тут! Не думаю, что у него получится «запрыгнуть» в это же тело.
Его снова выкинуло из моего мира и моего первого тела потому, что его тут, скорее всего, реанимировали. А сейчас я здесь нарисовался и не дал тонкому телу растаять. Хм! И как он тогда будет жить во мне? Там же моя матрица. Они же спорили между собой! Млять! Ничего не понимаю! Совсем запутался! Моя матрица со мной переместилась в иной, кхм, в смысле другой мир. И сейчас она со мной, тогда какая матрица там? М-м-м… Да, наверное, никакая. Она была, пока я там был, а ушёл и растает она. Это же след от неё. Так, наверное. И поэтому «последний», так и хочется продолжить: «герой», да-а-а, останется там, пока я снова туда не вернусь.
А в том моём теле? Во втором? В последнем? Похоже, что та его родная матрица не исчезла. Проявилась она, да! Я почувствовал! Хм! Так и это не плохо! Я ведь не подумал, что станет с тем телом. Или подспудно подумал про первого его хозяина? Подумал-подумал… Хм!
Значит все тела при матрицах, кроме… Да, нет! Все при матрицах! Это мы с «последним» поменялись телами. И, честно говоря, мне что в этом не хочется оставаться, что в то переходить. Ссыкотно мне с нашей российской мафией в прятки-догонялки играть. Без Флибера-то. Да-а-а… Ситуёвина. Интересно, кто тут меня «заказал»? Кто-то из мирового правительства, не иначе. Масоны, мать их в душу так!
Мог бы я прыгать по мирам и в этом мире, я бы им показал, где раком зимуют. Я так… Сейчас не знаю, как во Владик вернуться? Самолётом, что ли? Так не улетал я с родины. И паспорта, наверное, тут нет. Хм! Надо посмотреть…
Я ещё раз посмотрел на себя в зеркало и вернулся в «кабинет».
— Поесть бы чего, — подумал я и снова увидел аккуратное отверстие в панорамном оконном стекле и подумал. — Зеркальной плёнкой нужно заклеить. А то…
Прозвенел звонок стационарного телефона.
— Слушаю, — сказал я по-английски.
— Мистер Минобэ, а вас всё в порядке? Сработала система охраны периметра у вас в кабинете. Прислать контролёра?
— Не надо.
— Тогда прошу вас назвать кодовое слово.
— Хризантема.
— Хорошего дня мистер Минобэ.
— И вам спокойной службы.
Повесив трубку я удовлетворённо хмыкнул, вспомнив, что в помещениях помимо объёмной сигнализации, контролирующей нахождение сторонних объектов, имеется и периферийная. В стекло окна встроена тонкая сетка и стоят вибрационные датчики. Вот они и сработали. Так тело и нашли. Причём, я двигался и переместился в санузел, вот охрана и не стала сразу звонить. Хм! Работает система охраны.
Снова почувствовав голод, вспомнил номер телефона кухни и набрал его.
— Чен? Добрый день! Что у нас сегодня на обед? Пришлёшь Милу? Отлично!
Ми-Лу пришла через пять минут с папками меню. Полистав его, я выбрал себе обед, отметив галочками, что хотел бы съесть и вернул карту. Сам прошёл к холодильнику и взяв бутылку простой воды, сел в кресло и, откинувшись в нём, положил ноги на рабочий стол с клавиатурой и плоским монитором, и стал думать. От моих действий экран осветился и на нём появилась таблица с постоянно меняющимися цифрами. Производственный процесс, «вспомнил» я.
Пробежав глазами по «рядам и колоннам» доблестных тружеников учёта и контроля' (моё любимая цитата Владимира Ильича Ленина), имеются ввиду цифры, я глубоко вздохнул. Вникать в глобальные проекты предшественника не хотелось от слова «совсем».
— А чем тогда заняться? — спросил я сам себя и тут же ответил. — Как, чем? Я тут сижу, а у меня шведы Кемь взяли! Ска! Сходил за хлебушком и не вернулся!
Я нервно дёрнулся из-за стола и метнулся к окну, моему излюбленному месту для «подумать» во всех мирах и жизнях. Упрусь так в стекло лбом и стою. Хм! Вот и хотели «поймать» меня на такой позиции. «Позишн намбер ван». А «последнему» что-то вдруг приспичило разглядеть сразу под домом. Интересно, что? А? И не интересно! До окна не добежал. Остановился.