И Флибер, зараза, куда-то запропастился. У меня прошло уже двадцать дней, а его всё нет. Синхронизация? А там тогда сколько прошло дней? Что-то не то происходит в этом мире. Я «спинным мозгом» чувствовал. Хм! Точно! Такое ощущение, что я думаю не головой, а, хм, другим местом. А голова тупит, да…
Флибер говорил про разные матрицы. В своём мире я развил умение управлять матрицей жизненной силы. Её ещё называли — биополе. Она, или оно — суть сама жизнь. Она испаряется во время смерти человека, как это произошло в моём случае. Есть ещё матрица разума и памяти, управляющая самим телом, которую Флибер переместил сюда и насытив тело жизнью, оживил его. Тело не совсем утратило жизненную силу во время моего в него пришествия, но вот-вот и это свершилось бы. Вот-вот…
Это «вот-вот» смущало меня. Анализируя разные варианты перемещений «первого» разума, я не находил подобной ситуации, когда бы тело сохраняло частичку жизни. Во всех случаях предшественник испускал, так сказать, дух. Человеческая матрица, отчего-то задерживалась с покиданием тела и вот в это время и было возможно оживление.
Мои «аутогенные» тренировки и медитации, во время которых я пытался проникнуть в глубины своего биополя, подсказывали мне, что мои проблемы заключаются именно в том, что частичка биополя предыдущего «меня» задержалась в этом теле.
Меня оставили на больничном до конца недели и эти дни я посвятил дому, но больничный лист на работу отнёс. Тогда же и написал заявление об увольнении. Оказывается здешний «я» по совету маминого брата намеревался перейти в Приморское морское пароходство. Об это мне, как не странно, напомнила супруга.
— Ты когда собираешься заявление на увольнение писать и в Находку ехать? — спросила она на следующий день после моей выписки. — Сейчас как раз было бы удобно комиссию пройти.
— Да, какая мне сейчас комиссия? — удивился я. — С дыркой в голове.
— Не ври. Дырки нет. Всё заклеили очень прилично.
— Хм. Может не идти мне в море. Как вы тут без меня? Тяжёлые времена настают.
Жена посмотрела на меня укоризненно.
— Мы же хотели телевизор цветной, приодеться в заграничное. Чтобы тут это всё купить, твоей зарплаты не хватит.
— Но как ты одна с двумя справишься. То я хоть вечером ими позанимаюсь, ты отдохнёшь…
— Привыкла я уже одна. Ты то на тренировках, то ещё где.
— Я не на тренировках, а на занятиях. Деньги сами в карман не залазят, их зарабатывать трудом нужно, а я детишек после работы тренирую. Тренировал, да.
Этот «я» набрал в школе детей и создал из них платную секцию. Случайно так получилось. Во время строительства МЖК он, то есть — я, подхватил желтуху, а после неё спортом заниматься было нельзя и диета особенная требовалась. Вот «я» и обессилел слегка за год без спортзала. А потом нашёл секцию рукопашного боя, которую вел бывший офицер морской пехоты Рокитский Алексей. Год отзанимались и Алексей уехал к семье на Украину, оставив школьный спортзал бесхозным. Вот я и пристроился, на «намоленном», так сказать месте.
Деньги были ерундовые, но всё-таки прибавка к зарплате не была лишней. А жена, как всегда, хотела и мужа у юбки, и денег побольше, которыми разумно управлять учиться не хотела. А скорее — просто не могла. Не дано было ей экономить. А этот «я», по дури, отдавал все деньги жене, да-а-а…
Да и сам умный такой стал только после подселения в меня «первого» с его памятью прошлых жизней. Пролистал я его память и понял, что, если не возьму бюджет в свои руки, удачи нам в семейной жизни не видать. Потому что жена тратила всё, что попадало в её руки, сколько бы там не было денег, за один поход по магазинам. И потом удивлялась и не могла сказать на что ушли деньги. Особенно моя жена любила покупать детям игрушки. У дочери уже было штук десять кукол и других «зверей», у сына — сотня, а то и больше машинок.
Я удивился готовности жены оставаться дома одна с детьми, но, в принципе, её желание немного «прибарахлиться» поддерживал. Да и совпадало её желание с моими помыслами выскочить за границу. Я даже задумался, а не остаться ли там совсем? Стать судоремонтником. Английский я, всё-таки, знаю лучше институтского уровня. Эти мысли растревожили меня и я, созвонившись с дядей Геной, «рванул» в Находку.
Устроиться в Приморское морское пароходство для меня проблем не составляло, хоть я и не был специалистом-дизилистом. Я был механиком другого «профиля». Однако, для меня уже были «сделаны» корочки и матроса, и моториста. «Обучился» я оказывается на соответствующих курсах. И я, оказывается, уже полгода штудировал «талмуд» под названием: «Дизельные установки», взятый в библиотеке управления Владивостокской базы тралового и рефрижераторного флота.