- Не будил я никого, они сами проснулись. Меня же не будили, вот и они сами.
- А девочка другое рассказывает
- Что она рассказывает? Как я ее будил она во сне видела? А ко второму мы вместе подошли я только прикоснулся, он как заорет, я вообще ничего не делал.
- Ну ладно, никто тебя ни в чем не обвиняет, просто сделаем анализы, проведем тесты и поедешь домой.
- Анализы? Если только не больно. И все-равно мама когда приедет, тогда.
- Хорошо, иди в палату партизан.
Мама приехала через час, и не одна. С ней напросилась Ленка. Соскучилась. Я то, не успел, для меня все вроде вчера было. Пока мама общалась с глав. врачом, Лена рассказала школьные новости, передала приветы, похвасталась новым платьем. Слово вставить мне было некуда, только слушал. Потом пришла мама, сказала, что придется полежать еще с недельку. Дала наставления – ни в чем не признаваться, незнакомых лекарств не пить, вести себя вежливо и спокойно. Если что-то будет вызывать подозрения без нее не соглашаться. На том и порешили.
И началось. Какие только анализы у меня не брали. Одной крови несколько раз, моча, кал, волосы, слюна. С кожи со всех возможных мест мазки, хотели сделать пункцию спинного мозга, но я не дался. Даже заикнулись за анализ спермы, потом с сожалением согласились, что рановато. Рентгеном просветили все что можно. Еще подключали кучу аппаратов, назначение которых я не знал. Потом перешли к тестам, на мой взгляд, идиотским. Задавали тупые вопросы, показывали непонятные рисунки. Из разумного: просили угадать, что находится в закрытых конвертах, или назвать игральную карту. Я делал честные глаза, водил руками, пыхтел, напрягался, потом говорил, что ничего не вижу. Наверное переигрывал, но доказать это было нельзя. Все это повторялось несколько раз, в конце концов, меня оставили в покое. Так как состояние здоровья у меня было в норме, пообещали на завтра выписать.
И так я довольный собой, валялся в кровати, когда в сопровождении врача зашел мужчина лет 40: короткая прическа, костюм, жесткий холодный взгляд. Врач указал на меня и быстро испарился. Что-то мне это не нравится…
- Александр, давай выйдем в холл, побеседуем, – предложил мужчина.
Я не стал спорить, молча поднялся и пошел за ним. Внутренности его мне были неинтересны, а вот карманы просканировал. Из интересного, обнаружился пистолет под мышкой и какое-то удостоверение, прочитать не смог. Мент? Как будто ничего криминального я не делал.
Уселись на диванчик под пальмами.
- Меня зовут Сергей Николаевич. Я отец Насти, той девочки, что с тобой лежала. Она мне рассказала о тебе. Да и так справки навел. Вот решил поближе с тобой познакомиться, – начал гость.
- А звание у вас, какое? – дернул меня черт за язык.
- Почему ты решил что я, что у меня есть звание? – поинтересовался Сергей Николаевич
- Кобура выпирает, – буркнул я.
- Наблюдательный. Тогда удостоверение показывать не буду, представлюсь так. Майор КГБ Шапошников.
Чего и следовало ожидать. Странно, что эта организация раньше мной не заинтересовалась. Вслух же говорю.
- И что вы от меня хотите?
- Сначала расскажи, что ты умеешь. Не бойся, это в первую очередь нужно тебе. Если у тебя есть какие-то особые способности, то тебе понадобится и наша помощь и охрана. Слишком много найдется желающих использовать тебя в своих интересах. Так лучше если это будут государственные интересы. Ты со мной согласен?
- Да конечно, – попробуй не согласись. – Только после комы у меня ничего не получается. Раньше мог с помощью рук чувствовать, где болезнь и лечить, а сейчас не могу.
- А как же ты Настю с комы вывел? И второго мальчика?
Осторожно блин. Как по минному полю. Почувствует, что лгу и все – не отстанет.
- Сам не знаю. Я даже не уверен, что я вывел, а не сами проснулись. Просто раньше я чувствовал, а сейчас нет а воздействовать, может быть могу, но ведь не знаю теперь куда.
- Хорошо, не буду сейчас тебя мучить. Ты все равно будешь теперь у нас под контролем. Когда подрастешь, вернемся к нашему разговору. Если способности вернутся, постарайся чтобы никто об этом не знал. Вот мой номер телефона, звони, в случае если будет нужна помощь. Я же твой должник все-таки за Настеньку.
На этом мы с ним расстались. Ну что же, пока складывается хорошо.
Глава 8
На следующий день меня выписали домой. И пришлось засесть за учебу, чтобы наверстать пропущенное. Если с гуманитарными предметами сложностей не было, то с алгеброй и геометрией пришлось заняться зубрежкой. Хорошо учителя особо не придирались и если и остались пробелы в знаниях на них закрыли глаза. Так что четвертый класс закончил вполне успешно. Силы у меня восстановились полностью, даже намного больше чем были раньше. Теперь я мог любого «просканировать» на расстоянии до трех метров. И излечивать разные болячки получалось намного легче. Но посторонних на семейном совете мне лечить запретили, только своих. Еще в больнице предупредили, что за незаконное врачевание может быть вплоть до уголовной ответственности. Причем не мне, как несовершеннолетнему, а родителям. А желающих было много, меня осаждали и дома и в школе. Причем чаще со всякой ерундой, которую можно вылечить и обычным путем. Иногда я нарушал запрет, но это касалось только одноклассников или учителей. Так незаметно пролетело пару лет. И вот летом 1980 года неожиданно в школе мне дали путевку в лагерь «Молодая гвардия» в Одессе. Наверное, директор была благодарна за излечение ее от язвы желудка и единственную путевку выделили мне. Сначала я не хотел ехать, но совместными усилиями меня убедили. И вот я уже в автобусе еду из областного центра с такими же, как я «счастливчиками».