- Тогда давай я тебе банки поставлю или горчичники.
- В доктора поиграть хочешь? Не со мной, я еще жить хочу! – выбрал из кучи таблетку аспирина. – Вот эту и все. Поеду в общагу, а то ты точно меня добьёшь.
С трудом вырвался на свободу, пообещав завтра прийти проводить Сергея Николаевича. Стою, жду трамвай. В кармане нащупываю клочок бумаги, смотрю – номер телефона. Чей? Потом вспоминаю, Алиса сунула. Хотел бросить в урну, повертел в руках, положил обратно в карман. Мутная она. И с блатными как-то связана. Вот и трамвай, доезжаю до своей остановки, теперь пройти метров 500 и в кровать, попытаться заснуть. А то меня что-то качает, похоже, температура.
- Эй, парень! Стоять! – ко мне направляются два милиционера. Им то, чего нужно?
- Что, с утра отмечаешь? Документы есть? – спрашивает сержант, упитанный боров, на поясе мегафон, дубинка, рация, выглядит как колобок, довольно смешно. Только мне не до смеха, с трудом понимаю, что он спрашивает.
- Я не пил. Студенческий есть.
- А чего шатаешься тогда, – он принюхивается. – Клей нюхал или еще что. Поехали с нами.
- Куда поехали? Я болен, у меня температура.
- В отделении разберемся, – берет за плечо и толкает в сторону милицейского бобика. Сил сопротивляться нет. Пытаюсь с ним спорить, получаю толчок в спину. Ладно, поехали, в отделении позвонят этому, как его, Евлампия чертова, не помню фамилию. Хотя и телефон не помню. В отделении заставляют все выложить с карманов, забирают ремень и шнурки с ботинок и заводят в камеру, с решеткой. Наверное КПЗ. Там двое, мужик лет сорока и парень лет семнадцати. Деревянные нары и стол, вся обстановка. Окон нет, тусклая лампочка. Молча прохожу, сажусь на нары. Становится всё хреновей, тошнит и голова кружится.
- Перебрал паренёк? – спрашивает мужик. С наколками, похоже, из блатных
- Нет, болею, – отвечаю хриплым голосом. Горло опять обложено.
- А за что же тогда сюда?
- Рожа не понравилась. Скоты конченые.
Проходит несколько часов, состояние времени теряется. Мужик по моему виду понял, что дело плохо, подошел к решетке стал звать дежурного.
- Опять буянишь Кислый? Дубинки захотел?
- Начальник, пацану плохо, его к врачу надо
- Завтра врач будет.
- Он до завтра ласты склеит, тебе отвечать.
Дежурный постоял, вглядываясь в меня. Наверное пришел к тому же выводу что и Кислый, пробормотал что-то про мать и стал открывать решетку
- На выход! – пошатывает, но идти еще могу. Заводит в дежурку, не ожидая разрешения, падаю на стул. В дежурке двое ментов которые меня привезли.
- Нахрена вы его сюда притащили? – с досадой спрашивает дежурный. – И что теперь я с ним должен делать?
- Так пусть штраф платит и валит.
- Нет денег при нем. Три рубля с мелочью. Да и может не дойти, видишь, еле сидит. В больницу повезете.
- Михалыч не парься, вызывай родственников, заплатят штраф и заберут. Есть у тебя родственники? – это уже ко мне
Называю номер телефона Сергея Николаевича, единственный который помню. Дежурный набирает, о чем говорят, почти не понял. Договорив, тот достал бумагу, стал писать, что-то спросил, я не ответил.
- Подпиши протокол. – Подвигает мне лист и ручку. Пытаюсь прочитать, все расплывается. В голове всплывают слова – «не спеши подписывать, говорить, соглашаться».
- Я не могу прочитать
- Давай я прочитаю, – берет бумагу, что-то о нарушении общественного порядка, какое-то поведение, понимаю с трудом. – Всё, подписывай.
- Нет. Не буду. Я требую адвоката.
- Ты охренел? Сейчас опять в клетку сядешь. Кто сейчас приедет, кому я звонил? Отец?
- Нет. Тесть.
- Ты еще и женат? Тесть богатый? Ну, смотри, не подпишешь - не отпустим.
Молчу. Сделав еще несколько попыток давления на меня, махнули рукой. Сидят, травят анекдоты. Прошло минут сорок, заходит Сергей Николаевич.
- Здравствуйте. Почему его задержали?
- Нарушал общественный порядок. В нетрезвом виде оскорблял прохожих, – лениво цедит дежурный.
- Он в нетрезвом виде? Лейтенант ты сам наверно пьяный? Начальник отделения кто? Севастьянов? Где он?
- А вы собственно кто?
Увидев перед собой красные корочки, дежурный вскакивает со стула.
- Домашний номер Севастьянова мне, живо! – Сергей Николаевич берет трубку, набирает названый номер.
- Юрий Иванович, здравствуйте. Шапошников, узнали? Тут твои орлы чудят. Забрали больного студента и вымогают деньги. А это ты уж сам выясняй кто, я на тебя буду писать рапорт. Вот и пойдешь опять участковым, раз не справляешься. Ладно, я сегодня добрый. Разберешься сам со своими, но как минимум лишение премии. Я проверю.
- Быстро, вещи его вернули! – бледный дежурный дрожащими руками достает все, что у меня забрали. Надеваю ремень, шнурки.