Глава 24
В аэропорту сидим два часа, ожидая рейс. Наконец вылетаем, настроение немного поднимается. Интересно кого теперь выберут главой СССР? Романов? Говорили, его Андропов готовил в преемники. Половина первого приземляемся, багажа у нас нет, сразу идем к ожидающей машине.
- Тебя куда? – спрашивает водитель
- В институт. – Последняя лекция как раз, Могу и не заходить, Настю дождусь. Соскучился. Был в Москве и подарка не привез. Не доезжая прошу остановить у цветочного киоска. Выбираю букет белых роз, теперь можно и встречать любимую девушку. Сижу на подоконнике возле аудитории, появляется декан. Сделал ко мне несколько шагов, явно намереваясь пропесочить, потом на лице проступило узнавание и … резко развернувшись, пошел обратно. Что это было? Удивлялся недолго - наши высыпали из аудитории, поднимаюсь навстречу. Лешка, Руслан, увидев меня остановились как вкопанные, Юлька та наоборот свернула в сторону и прибавила ходу. Что сегодня со всеми? Меня что, из института исключили?
- Привет парни, Настя там? – хлопаю по ладоням и прохожу мимо в аудиторию. Там только физичка. Прозевать я не мог, стала наползать неясная тревога. Возвращаюсь назад, ребята стоят, ждут. Ох, не нравятся мне их лица!
- Что случилось? Колитесь.
- Ты не знаешь? Настя, это, в реанимации, - выдавил Руслан.
- Как? Почему?
- Из окнау пала говорят
Не дослушав ответ уже бегу на улицу. Как назло ни одного такси, хорошо затормозил какой-то «Москвич», не спрашивая запрыгиваю в салон
- В реанимацию, скорее
- Куда именно? Они в каждой больнице есть, – пожилой водитель вопросительно уставился на меня
- Я не знаю, давай в областную, если там нет, поедем дальше.
Едет быстро, но мне всё равно кажется, что еле ползём. Из какого окна она могла упасть? У Алины? Второй этаж, смотря как упасть. Если Алина опять шампанским напоила, я её убью. Приехав прошу водителя подождать, вдруг действительно не здесь. Где реанимация помню, лежал в детстве с Настей вместе. У дверей сидит Марина Сергеевна, значит тут. Только сейчас доходит, что букет до сих пор у меня в руках. Швыряю его в урну, подхожу к Марине Сергеевне, она поднимает голову.
- Сашенька, наконец-то! – глаза впавшие, непричесанная, видно сидит давно.
- Как она? К ней можно?
- Без сознания. Врачи говорят, кроме переломов жизненно важные органы не повреждены, а вот голова… Сотрясение мозга точно, может и не очнуться, – заплакала.
- Спокойно, я здесь. Меня пустят туда? – дергаю дверь, закрыто. Стучу. На вышедшего врача мой сумбурный монолог о том, что я вылечу Настю, и меня надо к ней пустить, не произвел впечатления. Захлопнул сволочь дверь опять.
- Я к главврачу, сейчас все сделаю, не переживайте! – удаляясь кричу Марине Сергеевне.
Главврач другой, не тот когда я лежал. Сначала не хотел меня слушать, только когда представился и объяснил, кто я, пустил в кабинет.
- Вот ты какой. А то людей направляю, а сам в глаза не видел. Так говоришь это твоя девушка?
- Да. Разрешите я скорее к ней пройду, возможно, каждая минута решающая.
- Не настолько там всё плохо. Повреждений головы нет, переломы ног, таза, ребер. Было повреждение желудка сломанным ребром, вовремя операцию сделали. Думаю, скоро придет в себя.
- Со второго этажа и столько переломов?
- Почему второго? Мне сказали шестого. Это она удачно приземлилась не на асфальт, а на дерево. Царапин много, кожа содрана местами. Вывихи возможно рук, ушибов много. Тебе работы хватит.
- Пойдемте к ней, пожалуйста!
Он со мной проходит в реанимационную. Пока он дает указания врачам по поводу меня, я уговариваю Марину Сергеевну ехать отдохнуть домой.
- Ближайшие несколько часов я буду её лечить. Ей теперь ничего не угрожает. Утром приедете, думаю, она будет в сознании. Сергей Николаевич в курсе?
- Да, он должен сегодня прилететь.
С трудом я убедил её. И смог, наконец, попасть к Насте. Капельница воткнута, вот и все лечение. Пульс нормальный, давление почти. Ноги в гипсе, грудь тоже забинтована, ссадины, кровоподтеки по всему телу, голова и лицо на удивление чистые. Не спеша тщательно всё проверяю, до последней клеточки. Переломы, внутренние ушибы без кровотечений. Органы действительно почти не пострадали. Почему тогда в коме? Мозг без повреждений. Сотрясение? Пробовать разбудить? Убираю сначала огромную гематому на бедре, потом привожу в порядок почти синее плечо. Переломы я моментально не залечу, ускорю только процесс, так что с ними можно не спешить.
Воздействие на подкорку мозга, отвечающую за сон, не помогло. Около часа с перерывами я пытался пробудить её. Что ж это за … Отчаявшись, взялся за мелкие повреждения, порезы, царапины, ушибы. Прошелся по переломам, усилил кровообращение на стыках. Весь ушел в работу, вздрогнул, когда меня тронули за плечо. Медсестра.