- И как ты хочешь это сделать? Пойми, просто так тебе никто не даст оружие. Тебя с ним примут и пойдем мы с тобой паровозом к хозяину отдыхать.
Они правы, я бы на их месте тоже не дал. Но о гипнозе рассказывать им нельзя. Что же придумать?
- Я не буду в них стрелять. Можно даже без патронов. Мне главное их напугать, чтобы не дергались. А потом я, пользуясь своими возможностями, устрою им кровоизлияние в мозг, или остановку сердца. Никакой суд ничего не докажет.
- Ты даже так можешь?- ожил Арсен. - На такое и мы подпишемся, привезем их тебе и делай задуманное.
- Не хочу я никого впутывать. Если нет, обращусь к другим за оружием, – блефую, больше не к кому.
- Ладно, не кипятись. Подумаем, что можно сделать. Думаешь, нам так просто волыну достать.
- Если деньги нужны …
- С тебя деньги брать? Остынь. Упрямый ты. Другого бы послал, для тебя что-то придумаем. Приходи завтра в это же время.
Глава 25
И снова в больницу. Настя выглядит уже бодрее. Но увидев меня, начинает плакать. Успокаиваю, как могу, глажу по волосам, целую, шепчу ласковые слова. Ничего не расспрашиваю, пусть придет в себя сначала. Да и для меня картина происшедшего и так ясна. Главное чтобы следователю ничего не рассказывала. Пусть подонки расслабятся, и для меня будет спокойней. Потом не свяжут с ней происшедшее с ними, не будет на меня подозрений. Подлечил еще немного переломы и ушибы, посидел с ней до вечера. Потом меня сменила Марина Сергеевна. Можно отоспаться, силы завтра понадобятся. Прежде чем ехать спать, заехал в Илоне. Она оказалась уже в курсе происшедшего
- Как она Саша? Пришла в себя?
- Да, уже лучше. Я к тебе с просьбой. Мне больше не к кому обратиться.
- Да, конечно, говори.
- Можешь подтвердить, что я находился у тебя, завтра с 18.00 до утра допустим?
- Что ты задумал? Ты хочешь отомстить? Есть милиция, наши подключатся если надо.
- Не подключатся. Есть причины. Тебе лучше не вникать в это. Так что, поможешь?
- Я даже не знаю, если обман откроется, я рискую работой как минимум, а у меня ребенок.
- Да ты права, извини, – вздохнул я. – Считай, ты ничего не слышала от меня. Я пойду отсыпаться, пока.
- Подожди. Ложись у меня, диван свободный. В общежитии не уснешь, я жила, знаю. До полуночи движение. И ты наверное голодный?
Я даже и не помню, ел сегодня или нет. Поколебался немного и остался. Чуть не уснул за столом, добрался до дивана и не раздеваясь отключился.
Просыпаюсь рано, шесть утра. Отдохнул хорошо, готов к бою. Странно, я вчера, кажется, не раздевался, а проснулся в одних трусах. Илона слышно уже на кухне.
- Доброе утро! – захожу, потягиваясь. – Это ты меня раздела?
- Да, одетым нельзя спать, тело не отдыхает.
- В трусы, наверное, заглядывала! – подкалываю её
- Что я там не видела! Подрасти сначала. Садись завтракать.
После завтрака прощаюсь, дел куча.
- Постой, – задерживает Илона в дверях. – Я подумала, можешь сказать, что был у меня. Только тогда приходи когда освободишься, чтобы и Эля видела. У нас народ дотошный, могут и её расспросить.
- Спасибо. Я твой должник.
Мне предстояло решить, где их перехватить. На то, что сразу попадутся оба, не рассчитывал. Возможно, уйдет и не один день. Ничего, я терпеливый. Где живет прокурор, я знал, как-то показали его особняк. Съездил туда, прошелся мимо, осмотрелся. Никакой идеи в голову не пришло. Второго и адреса не знал, ничего, Тимура если выловлю, он скажет где искать кента.
Разведка ничего не дала. Одному сложно, но нет у меня надежного друга. Всё время проводил с Настей, ни с кем из парней не сблизился. С другой стороны так и лучше – никого не потяну за собой, если пойдет не так. Пора в больницу. Покупаю букет и любимое её мороженное с шоколадом – «Ленинградское» и еду. Сергей Николаевич курит у входа.
- Как она?
- Сложно. Врачи хотели успокоительное что-то колоть, мы не дали. Ты же запретил.
- Ясно. Ничего не рассказывала?
- Нет. Следователь приходил, я не пустил. Сначала сам разберусь.
Нахожу литровую банку, в туалете набираю воды, ваза для цветов готова. Захожу в палату. Хорошо остальные больные ходячие, никого больше нет. Отправляю Марину Сергеевну прогуляться.
- Зайка, давай мороженное есть, пока не растаяло.
- Саша, – глаза полны слез. – Прости меня.
- Прекращай. Ты ни в чем не виновата. Это я не смог тебя защитить.
- Я должна была дома сидеть. Теперь калекой останусь
- Никому ничего ты не должна. Ничего серьезного у тебя нет, за неделю на ноги поставлю. Так что ешь и буду лечить, чтобы быстрее вставала. Чуть позже учебники притащу, учеба не отменяется. Первый курс закончим и уедем отсюда. В Москву или Ленинград.