— Могли бы уже и не приезжать — поднимаюсь с колен. Ноги то, как затекли! Врачи непонимающе смотрят — руки в крови, мальчик лежит спокойно, дышит, хотя в сознание пока не пришел.
— Что здесь произошло? — Женщина врач, лет 40.
— Перелом со смещением второго позвонка. Всё устранено, нуждается в фиксации и покое — Вижу естественное недоверие — Я Колесов. Слышали о таком?
— Тот самый? С Ростова? — оказывается, слышали.
— Да. Только, пожалуйста, меньше афишируйте, я на отдыхе — Впрочем, думаю отдых на этом можно заканчивать. Весь пансионат будет в курсе уже к вечеру.
До вечера меня не тревожили, хотя смотрели все с повышенным интересом. Утром мы сбежали в город. Сначала в порт, прокатились немного на катере. Потом в дельфинарий. Народу было немного, поэтому разрешили приблизиться к самой воде. Егора я предусмотрительно держал за плечи. С дельфинами плавала девушка, не знаю, как она называется, дрессировщица? Как только мы подошли к кромке, дельфины покинули её и подплыли к нам. Причем ко мне с Егором, игнорируя стоящих в трех метрах Димку с Таней. Высовываясь из воды весело стрекочат.
— Они говорят «Привет»! — радостно смеется Егор.
Девушка подплыла тоже, так как попытки отозвать животных оказались безуспешны. На другой стороне зрители тоже подошли к воде, но кроме как к нам дельфины интереса ни к кому не проявляли.
— Вы им понравились! — поведала девушка. А то я не вижу — Хочешь поплавать с ними?
Это она уже Егору. Тот в это время гладил высунувшуюся морду.
— Нет уж, спасибо — Отреагировал я — Безопаснее для дельфинов будет, если он останется на суше.
— Её зовут Джинни! — звонко говорит Егор — Она еще маленькая, ей, как и мне 4 года!
— Откуда ты знаешь? — удивляется девушка — вы уже были тут?
— Да были, кто-то рассказывал — говорю я, одновременно с трудом оттаскиваю Егорку — Нам, пожалуй, пора.
Уйти сразу не удалось, против троих мы с Настей оказались бессильны. Максимум на что согласились — это сесть на скамейки. Но дельфины не хотели отплывать от нашей стороны и по прежнему о чем-то рассказывали Егору. К счастью, тот уже не переводил, а просто весело смеялся. Анекдоты, наверное, травили. Опасаясь за психику (свою конечно, не Егора) я, наконец, утащил его на улицу. Дети уже не сопротивлялись, тоже пораженные ситуацией. А может он правда, от кого-то из зрителей услышал?
— Ну и что это было? — У Насти тоже шок. Я делаю ей предупредительный жест — молчи.
— Горечко, так что они тебе рассказывали — Спрашиваю спокойным тоном, чтобы не замкнулся.
— Я не знаю! Они, наверное, смеялись.
— Так, а имя ты услышал? И возраст? Или кто-то сказал? — продолжаю допытываться.
— Я не знаю, откуда я знаю! Как-то понял — пожимает горе плечами. Не врет.
— Телепатия! — с уважением в голосе произносит Танюшка.
Некоторое время все молчим. Перевариваем. Пока непонятно, что с этим делать, но, похоже, эксперименты я не в том направлении проводил.
— А пойдемте есть мороженное! — разряжаю обстановку. Дома буду разбираться.
Через три дня поездом едем домой. Самолетом было бы быстрее, но, во-первых из Одессы нет рейса на Ростов, во-вторых я еще не избавился от страха перед полетом. И в третьих, причем это основная причина — с Егором в самолете???? На поезде и то страшно. Лучше уж по морю, там если что дельфины спасут — они его, похоже, за своего приняли. Сейчас он необыкновенно спокойный, рисуют что-то втроем. Я пытаюсь продолжить диссертацию. По поездному радио объявляют:
— Если в поезде присутствует врач, большая просьба подойти в шестой вагон.
Я что, притягиваю происшествия? Делать нечего, поднимаюсь.
— Давай я схожу? — предлагает Настя.
— И что ты там сделаешь если серьезное? Пойдем вдвоем. Дима, за старшего!
— Есть! — объяснять, что это значит не нужно. Главное никуда не выпускать Егора, даже в туалет. Пусть лучше описается чем… Да что угодно может произойти!