Наш вагон второй, проходим через три вагона, до проводника не добираемся — у одного купе милиция. Три человека, в руках оружие. Все купе закрыты.
— Мы врачи, что случилось?
Один отводит нас подальше, к тамбуру.
— На всякий случай вызвали. Преступника опознали, а он закрылся в купе, взял заложников. Вдруг будет прорываться, стрельба. Ожидайте в соседнем вагоне. Если до Кировограда доедем нормально, там уже ждут профессионалы.
До Кировограда минут 30. Отправляю Настю назад.
— Иди к детям. Видишь, как опасно ездить даже в поезде.
— Только никуда не лезь! — Настя нехотя уходит.
Полчаса прошло спокойно, доехали. Тут же из того вагона вывели всех пассажиров, в остальных закрыли и запретили выходить. Вокзал тоже пустой. Я успел выйти из вагона, метнувшемуся ко мне сержанту сказал, что я врач и участвую в операции.
— Вон туда! — указал он мне в сторону, там стояла скорая и несколько человек. Подхожу к ним.
— Что там? Ты с поезда? — немедленно забросали вопросами.
— Я сам толком не знаю — признаюсь.
Ожидание затянулось, прошло часа два. Вагон отцепили, остальные вагоны отогнали. Кольцо бойцов в камуфляже. Недалеко от нас группа, видимо руководство, обсуждают.
— Киев не даст команды, всё на нас свалил — горячится военный с погонами подполковника — Облажаемся, мы крайние будем!
— Давайте газ все-таки пустим — предлагает мужчина в штатском.
Вздохнув направляюсь к ним. Раз я притягиваю проблемы, мне и разбираться. Как ни странно, никто не остановил.
— Товарищи военные! — пять пар глаз уставились на меня — Я врач, психолог, могу быть полезным.
Некоторая заминка, смотрят на подполковника, очевидно, он старший. Тот чуть задумался.
— Вряд-ли. На контакт не идет. Требует самолет и миллион долларов.
— Сюда самолет?
— Машину к двери поезда, самолет готовый к взлету в аэропорту. Заложники — женщина и два ребенка. Иди психолог, ничем помочь не сможешь.
— Я владею гипнозом, мне только приблизиться к нему. У него оружие?
— А что, это вариант! — оживился штатский — Он требовал автомат, пусть отнесет ему калаш без патронов. Вдруг получится?
— А если нет? Завалит его в придачу к остальным, что нам сделают? — Не соглашается полковник.
— Без патронов нельзя, лучше холостые положить. Иначе он разозлится — советую я, как будто вопрос уже решен.
— У него пистолет, у милиционера в поезде забрал — отвечает на мой ранее заданный вопрос майор в камуфляже.
— Почувствует газ, поймет, что терять нечего, убьет заложников. То же самое при штурме. А так есть шанс — настаиваю я. А у самого коленки дрожат. Не герой я, просто судьба такая.
— Точно сможешь загипнотизировать? — сомневается подполковник. Недолго думая отключаю штатского, заставляю его попрыгать на одной ноге и рассказать стишок. Впечатлены, но и почему-то растеряны.
— Это полковник СБУ — поясняет майор.
— Лучше ему не рассказывать, он не запомнит — Да и хрен с ним что полковник. СБУ — видимо местное КГБ?
— Даже если не смогу, получив автомат — он пистолет уберет, автомат ведь лучше! И будет время его взять, пока он сообразит, что оружие не поможет. И машину тоже готовьте, возможно затянется — продолжаю убеждать.
— Ладно! — решается начальство — Сейчас попробуем поговорить, скажу, что удовлетворим его требования. Оружие принесут, а машина и самолет готовятся.
— Машина подъедет с деньгами — подсказывают ему.
— Только ты осторожно, чтобы он не понял, если не получится — Это уже мне.
— Всё получится! — Уверяю я, но сам в этом далеко не уверен. Человек в крайне возбужденном состоянии, загипнотизировать такого очень трудно. Да и не все поддаются гипнозу.
Переговоры прошли успешно, пришлось ждать, пока привезли холостые патроны. Надеюсь, он не специалист и не поймет разницу. Я, например, хоть и служил, холостые патроны не видел.
Привезли оружие спецназовцы. Офицер без знаков различия вручил АК-74 с магазином. Снимаю магазин, смотрю на патрон — на первый взгляд обычный, боевой. Штатский полковник тоже заглядывает.
— Это точно холостой? — с сомнением спрашивает он.
— Холостые с белой пластиковой пулей, их сразу видно — объясняет офицер — Это боевые, но без пороха. Выстрел невозможен.
И тут же демонстрирует, берет у меня автомат, щелкает курком. Негромкий хлопок капсюля, но пуля остается внутри. Передергивает затвор, патрон вылетает, опять щелчок. Нормально, можно принять за осечку.
Всё, приготовления закончены, иду к вагону. Разделся до пояса, держу за ремень автомат. Ноги трусятся. Даже не нужно делать вид, что испуган, и так видно. За спецназовца меня не принять даже с больным воображением — мускулатуры особой нет, волосы длинные, усы. Кожей чувствую, что за мной наблюдают из окна. Еще обмочится для достоверности — преступник со смеха умрет. Надеюсь, хоть чуть расслабится. Добрался к двери. Что дальше?