- Ой, Антон, а Олеся на работе, но мы рады тебя видеть, заходи.
Он вошел, вручил Анастасии Терентьевне большой букет цветов.
- Сегодня закончилось мое обучение в интернатуре. Я позвонил Олесе, она скоро подъедет, должна отпроситься. Второй букетик для нее, поставьте пока в вазу. Руслану Олеговичу бутылочку хорошего коньяка прихватил, цветы как-то неудобно дарить мужчине, как и идти с пустыми руками.
- Спасибо, Антон, ты всегда такой внимательный...
Она вздохнула и пошла ставить цветы. Он понял ее вздох - три года дружбы, пора бы определиться. Отец вышел, поздоровался, поблагодарил за коньяк, предложил выпить по маленькой, но Антон отказался, решив дождаться Олесю.
Она появилась через час, обняла Антона, радуясь и благодаря за цветы.
- Кое-как отпросилась, начальница ни в какую отпускать не хотела, чуть до увольнения не дошло. Отметим окончание интернатуры с родителями, а потом куда-нибудь сходим - предложила она.
- Зачем куда-то ходить, - возразила Анастасия Терентьевна, - нас с Русланом в гости звали сегодня, через два часа мы должны идти.
Антон понимал, что родители хотят их оставить вдвоем, но все-таки отказался, предложив свой вариант:
- Мы с Олесей побродим немного по набережной. Давно не гуляли вместе, а потом вернемся. Спасибо за предложение, Анастасия Терентьевна, хотелось бы, чтобы вы нас дождались, - многозначительно произнес он в конце.
Последняя фраза решила все - Олеся и ее родители согласились. У нее радостно забилось сердце - неужели решится сделать предложение? Они дружили, сблизились душой, целовались, но интимно близки еще не были. Она иногда сердилась за его нерешительность, другие парни только этого и хотели бы. Другие и есть другие, она Антона любила, не их.
Они пришли на набережную, устроились на лавочке. От воды веяло прохладой на фоне жаркой духоты города.
- Понимаешь, Олеся, ты даже не представляешь себе, как я рад, что закончил учебу. Впереди большая жизнь и можно работать без всяких оглядок на учителей. В этот радостный для меня день хочу спросить тебя, вернее предложить свою руку и сердце. Ты знаешь и чувствуешь, что я люблю тебя, ты согласишься стать моей женой?
Олеся взяла его за руку, прижалась...
- Конечно, милый, я соглашусь, не смотря на твой небольшой обман. Ты же Сибирцев, хоть и говоришь, что однофамилец. Я не права?
- Ты лучшая девушка в мире... давно догадалась?
- Года два так думала, но не возражала... Я же тебя люблю, а не твоего знаменитого отца, а мое отношение к деньгам ты знаешь - деньги многое решают, но не все, любовь не купишь на них и сердцу не прикажешь.
- Родная моя, милая Олеся, - он поцеловал ее в губы, не стесняясь прохожих, - сегодня двойной праздник, но главное - ты станешь моей женой. Я должен многое рассказать тебе...
- Может быть не сейчас, Антон, - перебила она его, - я как ниточка пойду за иголочкой. Ты хотел сказать, что, как и отец, талантлив - я это и так знаю. Мозги можно обмануть, а вот любящее сердце нет.
- Согласен, Олеся. Но все-таки один момент хотел бы обговорить с тобой заранее, до разговоров с родителями. Я хочу купить алюминиевый завод и мне нужен хороший директор.
- Ты считаешь, что я справлюсь?
- Не считаю - уверен, - ответил он.
- Тогда зачем спрашиваешь?
- Я не спрашивал, я делал второе предложение, - улыбнулся он.
- Мы дружим с тобой три года, а предложений всего два. Не мало?
- Да, маловато, наверное. Предлагаю пойти к твоим родителям, объявить им о нашем решении, посидеть немного за столом, а потом поехать ко мне всем вместе и продолжить торжество уже там. Отец купил мне коттедж рядом со своим. Вернее, он два купил - один сестре Наде. Она тоже закончила сегодня интернатуру, станем работать вместе. Посмотришь свой новый дом. Мне бы хотелось, чтобы твои родители жили с нами. Мы на втором этаже, они на первом.
- Я попала в рай, Антоша?
- Нет, ты вошла в мою душу и сердце. Пойдем к родителям и вместе освоим наш новый дом. Теперь я тебя уже никуда не отпущу от себя. И ночевать останешься в новом доме хозяйкой.
Прошел, наверное, только час, а молодые уже вернулись домой. Олесины родители забеспокоились, но дочка объявила сразу:
- Мама и папа, Антон сделал мне предложение, и я согласилась выйти за него замуж. Вы не против, надеюсь?
- Доченька, - всплеснула руками мать, - чего же мы будем против, мы с отцом давно ждали этого дня и другого мужа тебе не желаем. Я знаю, что ты любишь Антона и чувствую, что взаимно. Мы рады с отцом, очень рады за тебя, Олесенька и за тебя, сынок.
Анастасия Терентьевна прослезилась немного от радости, а отец заявил, что это лучший день в его жизни. Миловановы и Антон посидели часок за столом, и он предложил собираться:
- Олеся, ты возьми немного из одежды и обуви, буквально на день-два, остальное позже перевезем, халатик домашний, тапочки, щетку зубную... завтра поедешь на завод и возьмешь отпуск, а через месяц приступишь к основной работе.
- Ее не отпустят в отпуск. Там такая противная начальница планового отдела... специалист хороший, но вредная до ужаса, давно бы ее директор выгнал, но соображает она неплохо. Так что молодые - быть Олесе без отпуска. На свадьбу, конечно, три дня дадут, - пояснила Анастасия Терентьевна.
- Не отпустят, значит уволится. Месяц мы точно отдыхаем. Потом я на работу в клинику, а Олеся за завод.
- Кто же ее обратно возьмет? - усмехнулся отец.
- Согласен, в плановый отдел не возьмут, Олеся станет директором завода, - ответил Антон.
- Каким еще директором? - не поняли Миловановы.
- Обыкновенным, я покупаю завод, а Олеся станет директором.
- Антон, ты нас разыгрываешь? - спросила Анастасия Терентьевна.
- Нисколько, разве я не могу назначить директором того, кого хочу? Как хозяин завода...
- Ничего себе, Настя, куда мы попали... будущий зять хозяин завода...
- Привыкайте. Я же все-таки Сибирцев и не однофамилец, как говорил раньше, а сын.
Миловановы посмотрели на дочку, и она согласно кивнула головой:
- Это точно, я еще два года назад догадалась, но говорить не стала.
- Так мы сейчас к доктору Сибирцеву едем? Я не могу так сразу... как же мы без приглашения, а вдруг он занят или еще что? - забеспокоилась Анастасия Терентьевна, - почему же вы, Антон Егорович, сразу нам не сказали?
- Во-первых, не "вы", а "ты", во-вторых, просто Антон и никаких отчеств. Поэтому и не говорил, чтобы общаться без выканья. В-третьих, едем ко мне в новый коттедж, где и вы станете жить на первом этаже. Папин повар все там приготовит, мои родители тоже туда придут. Вся семья соберется.
- Ты извини, Антон, не привыкли мы общаться с богатыми. Не наш уровень... неудобно, - с сомнениями произнес отец Олеси.
- Все мы когда-то и к чему-то не привыкли. Не захотите жить с нами - это ваше право, но нам с Олесей было бы лучше жить вместе. Вы втроем станете ездить на завод, так удобнее. Поживете у меня несколько дней и определитесь с жильем.
Миловановы и Антон вышли из подъезда, он познакомил их с личным водителем и охраной. Шокированные родители ехали до коттеджа молча.
- Вот, Олесенька, проходи и стань хозяйкой в этом доме...
Она с родителями осматривала коттедж. Они издалека видели подобное, но внутри никогда не бывали. Поменьше домов не было и Сибирцеву старшему выбирать не приходилось. Коттедж превосходил его собственный в два раза по площади.
- Тут заблудиться можно... как же убирать-то его? - спросила Анастасия Терентьевна.
- Олеся, как хозяйка, наймет служанку или две, повара. Я к этому касаться не стану, как скажет она, так и будет, - пояснил Антон.
Руслану Олеговичу большего всего понравилась сауна с бассейном. Он как-то раз ходил в подобную с друзьями, но деньги заплатил, на его взгляд, немереные и затею оставил напрочь. А тут все свое и залив рядом, где можно рыбачить.
- А лодка есть? - спросил он.
- Супруга его одернула сразу же, но Антон пояснил: