В тоже мгновение, будто в ответ парню, Балитрас мысленно произнёс, — что-то он тянет! Не к добру это! Но…. — далее его мысль оборвалась. Гриша мгновенно сорвался с места, направившись к шкафу, на который несколько секунд назад скосился бандит.
— Удалось! — Подумал Балитрас, бросившись к противоположному шкафу. В этот миг, в свободной Гришиной руке, появился небольшой, голубой шарик, с неким ледяным оттенком, который уже в следующий миг нёсся в бандита.
Балитрас, ожидал, что в него полетит заклинание, благодаря чему смог как-то вывернуться так, что чары пролетели мимо. Но далее всё пошло совсем не по его плану. Только он хотел, броситься к скрытому за шкафом потайному ходу, как почувствовал, что прямо за его спиной стоит Григорий. Но вот дальше он уже ничего не успел сделать. Острая, рвущая и выжигающая всё нутро боль, пронзила его, заставив упасть на колени прямо там, где он стоял. В этот миг, бандиту не на шутку захотелось помереть, но всё продлилось столь быстро, что он не успел этого осознать.
— Отлично, — мысленно констатировал Гриша, убедившись, что глава бандитов мёртв. — Осталось только место для круга освободить, — добавил он уже шепотом, осматривая кабинет.
— Да уж, минус семь обычных и семь крупных камней маны. Прямо на глазах мои запасы тают… — невесело произнёс Григорий, глядя на невысокого, жилистого мужчину, который стоял перед ним.
— Прошу прощения, господин, — немного поклонился мужчина.
— Да не за что просить его, — со вздохом произнёс парень. — В подземелье мне надо. — Про себя же он при этом подумал, — знал бы, в жизни, ни одного ядра и камушка не продал бы.
— Подземелье? — Удивлённо переспросил мужчина. — К узникам?
— Приплыли, — произнёс Григорий, уже догадываясь, что великий рандом подсунул ему какую-то иномировую душу. — Кто же ты у нас? — Подумал он, для галочки «сканировав» поднятого из Балитраса упыря способностью:
Салливан Квилс;
Упырь;
0 лет;
88 уровень;
Удивлён, шокирован, заинтригован;
Поднятая нежить, упырь;
Имеются баффы: Отсутствуют;
Жизнь: 1885 из 1885;
Выносливость: 1742 из 1742;
Мана: 1312 из 1312;
Сила: 586;
Ловкость: 612;
Интеллект: 481;
Мудрость: 412;
Дух: 493;
Удача: 31;
Владеет магией Подмастерье 25%.
Внутренняя энергия 3 звезды 19%.
…
— Значит ты у нас Салливан Квилс, — задумчиво произнёс Гриша, тем самым, ещё сильней ошарашив и без того удивлённого мужчину, от чего тот, не совладав с собой, воскликнул:
— Откуда вы узнали, господин⁈
— Да так, способность у меня такая есть, — почти на автомате, ответил Григорий, размышляя о том, что ему прямо таки везёт призывать всяких иномирцев. А через пару секунд, он твёрдо, в приказном тоне, добавил, — о которой не стоит распространяться!
— Я вас понял, — с полным непонимания выражением лица, пробубнил Салливан.
— Так, Ладно. Ты в курсе, что ты умер, и я тебя воскресил? — Решил сразу взять быка за рога Гриша.
— Да мой господин. И я вам за это безмерно благодарен, — поклонившись, как-то смешно отодвинув левую ногу, не особо уверенно произнёс мужчина.
— Хорошо. Тогда радуйся. Ты упырь. Некое подобие вампира.
— А-а-а? — Только и смог издать Салливан, челюсть которого немного опустилась вниз.
— Ладно, ты пока соображай что к чему, а я тут осмотрюсь. Если что, не стесняйся, задавай вопросы.
— Угу, — в весьма несвойственной себе манере ответил Салливан. В голове мужчины в этот момент царил самый настоящий кавардак. В ней сражались две противоположности. С одной стороны, были рациональные представления, полученные Салливаном в его родном мире. С другой, его голова была заполнена столь нерациональными, а местами даже глупыми, представлениями о мире некого бандита Балитраса Винцара, тело которого, как понимал мужчина, он занял.
— С ума сойти, — подумал, Салливан, понимая, что не всё так просто. — В конце концом, меня сюда призвал некий чаротворец, что само по себе подобно чуду противоречащему воле Вседержителя. — От этих мыслей некая горечь неожиданно повисла в его душе. Как истинно верующему человеку, к которым он лично себя причислял, ему было греховно даже помыслить о воскрешении не по Божьей воле. А тут, его и вовсе вселили в тело упыря, заведомо падшего и греховного существа из мифов.
Мужчина на автомате соединил пять своих перстов и вывел ими круг, как бы вписывая в него свою голову и грудь, после чего положив всё туже руку себе на грудь, замер. — А правда ли я упырь? — Задался он вопросом, ведь в его представлении «крестное знамение», кое он совершил только что, должно было развоплотить его или хотя бы причинить ему боль. Но ни того ни другого не произошло, как будто он был обычным человеком.
— Г-господин Григорий, — неуверенно произнёс он, а когда тот посмотрел на него, спросил, — вы уверены, что я действительно упырь?
— Ну дак, я ж тебя таковым создал, — с лёгким интересом глядя на мужчину, произнёс Гриша.
— Вы. Создали. — Совсем уж обескуражено, прошептал Салливан. — Но кто же вы такой? Неужели демон? – Добавил он шепотом, боясь собственных слов.
— Хм, — В этот миг Гриша не на шутку задумался. — А ведь действительно, я стольких убил, что наверняка, уже и демоном меня впору называть, — подумал он, печально вздохнув. — Это неважно, — грустно ответил парень. А затем, чуть бодрее, добавил, — ладненько, нам некогда. Так что давай, немного поковыряйся в своей новой памяти и покажи мне, где у них тут всё самое ценное храниться.
— Х-хорошо, — с полной ужаса душой, прошептал упырь. Мысли, как ему казалось, с трудом шевелились в его голове, что отчасти действительно было правдой. Но уже через пару секунд он направился к шкафу, на противоположной стороне комнаты и, отодвинув его, чуть пристукнул ногой по стене. Лёгкий щелчок и чуть выступившая плита явственно свидетельствовали, что перед Григорием открылся схрон.
— Фига себе, да у него здесь самый настоящий тайник, — довольно произнёс Гриша, уже рассчитывая на что-нибудь интересное. — Что стоишь? Открывай дальше.
В ответ упырь коротко кивнул, и аккуратно взявшись за выдвинувшийся край плиты, потянул её на себя. Шурша и совсем немного сопротивляясь, она поддалась, открывая небольшую полость внутри стены.
— Здесь Балитрас хранит ядра и золото, которые принадлежат банде, — произнёс Салливан, предварительно положив извлечённую из стены плиту на пол.
— Я-то думал, здесь будет сейф, а тут… — Григорий усмехнулся. — Ну да ладно, — продолжил он, — посмотрим, сколько они скопили.
К слову золота действительно оказалось прилично, около трёх тысяч золотых. Хотя ему Гриша не особо обрадовался. Он просто сгрёб его в инвентарь. Но вот что действительно привлекло внимание парня, так это внушительный запас ядер.
— Охренеть, да мы прямо на золотую жилу нарвались! — Прокомментировал он, закидывая в хранилище целые горсти крохотных и малых ядер.
И здесь, конечно же, стоит отметить, что Григорий был весьма субъективен в данном суждении, ведь по факту, ядер он получил на куда меньшую сумму, нежели золота. Хотя с другой стороны, они были ему куда нужнее, нежели жёлтые кругляхи. Особенно средние ядра, которых пусть и было немного, но им парень обрадовался больше всего. Ведь они куда лучше подходили для подъёма упырей, но главное, они вполне могли сгодиться, для попытки поднять ещё более высокоранговую нежить.
— Господин. Если они вам так нужны, то я знаю, где находится место их добычи.
— Да, я в курсе. Но для начала разберёмся здесь. Что ещё ценного можешь показать? Может здесь есть ещё какие-нибудь тайники?
— Даже и не знаю. В верхнем ящике стола, находится тайничок, в котором Балитрас хранил свои деньги. Но там только серебро и золото. Ядер совсем нет. — Говоря это, Салливан произнёс последнюю фразу как-то совсем грустно. Всё же он тоже заметил, Гришино отношение к деньгам и, конечно же, расценил его по-своему.
— Хм, и когда же я успел тебе сказать, что меня золото не интересует? — Задумчиво и немного удивлённо, спросил Григорий, уже выдвинув ящик и вынимая из него десяток свитков с чарами «Нерушимый договор». К слову свитки тут же отправились в Гришин инвентарь. После чего он, приподняв дно ящика и заглянув внутрь, прокомментировал содержимое, — ну да, не густо, где-то сто золотых и-и-и, полторы сотни серебряных. — Равнодушный вздох, за которым последовала такая же фраза, — но главное не пусто. — Выбрав содержимое тайника, Гриша вновь обратился к упырю, — здесь есть ещё что-то ценное?