На полке, среди аккуратно сложенных вещей, действительно мирно спала крошечная розовая мышка. Я уже открыла рот, чтобы завизжать, но пушистое создание вдруг приоткрыло сонные глазки и лениво потянулось.
— Только не говори, что ты хотела закричать? — пискнуло оно тоненьким, но возмущённым голоском. — Я очень чувствительна к громким звукам.
Я моргнула. Потом ещё раз.
Нет, ну я, конечно, многое видела, но чтобы мои вещи начали разговаривать — это уже новый уровень безумия.
— Ты… говоришь? — выдавила я, осторожно отступая на шаг.
— А что, по-твоему, мыши должны делать? — хмыкнула она, потягиваясь как кошка. — Грызть мебель и бегать по углам? Скукотища. И это для обычных грызунов, а не магзверей.
— Отлично, — пробормотала я, прижимая ладонь ко лбу. — У меня галлюцинации. Недосып, пробежка, отсутствие завтрака — и вот уже начинаю разговаривать с мышами.
— Эй! Я не какая-то там мышь! — возмутилась крошка, став на задние лапки. — Я фамильяр, между прочим!
Я моргнула снова.
— Конечно. А я — королева Севера, — фыркнула я и потянулась за одеждой. — Не мешай, фамильяр, я опаздываю.
Мышь что-то недовольно пискнула, но я уже отвернулась.
Если это сон — пусть хотя бы кофе там будет.
Но пушистое чудо и не думало отлипать от меня — ни с болтовнёй, ни с попытками маячить перед глазами. Мышка быстро спрыгнула с полки шкафа и вскарабкалась на стол, где я перебирала тетради.
— Ты что, меня не услышала? — пискнула она. — Я фамильяр!
— Ага, фамильяр, фамильяр. Скажи, чей, — и я тебя отнесу этому везучему человеку.
Только вместо ответа эта мелкая гадина резко прыгнула на мою руку и тяпнула за палец.
— Ай!.. Что творишь, паразитка⁈
— Чей-чей? Теперь твой я фамильяр! — И пока я замахивалась на неё толстой книгой, это пушистое розовое облако изобразило подобие улыбки.
Мне точно пора провериться у целителя-мозгоправа. Почему меня в последнее время все кусают?
— Я не планировала обзаводиться никакими фамильярами, от слова «вообще». Тем более — грызунами, — возмутилась я и бросила книгу на стол, всё же рядом с мышью, так что она подскочила. — Разве это не должно быть договором с двух сторон?
— А Аурон сказал, что можно.
— Очень рада, что ты получила благословение Аурона, но я без понятия, кто это такой, — зыркнула я на мышь как настоящая змея.
— Как это — ты не знаешь имя своего фамильяра? — пропищало это чудо.
— Моего фамильяра? — протянула я удивлённо. — Да когда бы я успела ещё и Аурона какого-то там встретить? Что за бред?
— Аурон — это Дарханский жеребец, — пискнули мне пояснения. — А ещё он просил передать, что ждёт тебя для разговора.
Так того золотого красавца зовут Аурон. Ничего себе… Нет, не имя удивило — смахивающее на имя злого повелителя из «Властелина колец» всего без одной буквы, — а то, что у коня оно уже есть и он, оказывается, тоже мой фамильяр.
И что вообще делать с этим питомником, которым я начинаю обрастать? Сначала конь, потом мышь, а завтра в дверь постучит ёж, пока голуби будут брать штурмом окна?
— Ой, ты не переживай… мышь, я к нему обязательно загляну, — сказала я, опасно зыркнув на неё в который раз. Та сжалась и обмотала себя хвостиком с пушистой кисточкой на кончике.
А мысленно добавила:
«Загляну и спрошу, кто дал ему разрешение отправлять ко мне магзверей, чтобы те пополняли ряды моих фамильяров?»
К обеду я всё ещё пребывала в лёгком шоке от утренней мышиной драмы. Пушистая фамильярша, к слову, так и не представилась — просто упорно шла за мной, болтая без умолку и норовя свеситься с края моей сумки. Преследовала меня весь день, посещая со мной все занятия.
— Ты хоть есть умеешь тихо? — прошипела я, когда она в столовой пыталась затащить в щёку кусочек булочки, по размеру с неё саму.
— Ем я изящно! Просто ты не ценишь, — возмущённо шевельнулись усы, а из-за щеки донеслось глухое: «ммм… вкусно».
Я закатила глаза.
К моему счастью, Брина и Лори её не видели, потому и не стали расспрашивать, что это за зверёк. Спасибо богам за чудесные способности этого магзверька, которые спасли меня от множества объяснений.
Вообще, помимо мышиных приключений, день оказался каким-то странным. Занятия хоть и пролетали почти незаметно — я была где-то между лекциями и мыслями о том, как странно вымотана. Преподавательница по зельеварению что-то бурчала про точность пропорций, а у меня от пузырьков на парте двоилось в глазах.