Он криво усмехнулся, словно оттаивая:
— Хорошо, Александра. Завтра — свидание.
Вот видишь, уже звучит как музыка.
Я резко развернулась к Илару и ткнула в него пальцем тоже — на автомате, хотя лучше бы я ему вообще ничего не тыкала. Опасно же.
— А ты… — начала я.
— Да? — хищная морда вытянулась в ухмылку.
— Ты свободен. И спокойной ночи. Было неприятно провести с тобой время.
Илар хмыкнул. Даже не поднялся сразу — скотина, знал, что делает паузу специально, чтобы у меня нервы подёргались. Потом всё же встал. Прошёл мимо меня настолько близко, будто делал это ради моей же реакции. Я почувствовала жар его кожи сквозь ткань платья.
На пороге он задержался и, не оборачиваясь, бросил:
— Так уж и неприятно, Снежинка?
Я моментально вспыхнула, как костёр, на который вылили масло.
— Очень! — рыкнула я.
Он тихо засмеялся — тот самый звук, от которого у меня дрожат колени, — и исчез в коридоре, закрыв дверь.
И только когда его шаги отдалились, я позволила себе выдохнуть.
Слишком уж… слишком этот вечер. И я почти не уверена, что доживу до завтрашнего свидания без нервного срыва.
Хотя… Кейл уже не смотрел так, как секунду назад. В его глазах я увидела то самое: облегчение. И… надежду.
Ну и прекрасно. Мне тоже уже пора перестать путаться в собственных чувствах.
Завтра будет новый день. И если кто-то ещё раз вздумает запереть меня в кладовке… я их самих туда засуну.
43 глава. Долгожданное свидание
День пролетел как на ускоренной перемотке.
Утро — моргнула. Тренировка — моргнула второй раз. И вот я уже стою у зеркала, смотрю в своё отражение и пытаюсь не умереть от волнения.
Всё-таки свидание. С Кейлом.
На тренировке он сегодня был… странный. Собранный. Сосредоточенный… Но каждый раз, как я делала что-то особенно эффектное (или наоборот — чудовищно кривое), я ловила его взгляд. Такой внимательный, цепкий, будто он проверял — всё ли со мной в порядке, не исчезла ли я, не сбежала ли снова в ближайшую кладовку, где сидит золотой дракон, обидевшийся на весь мир. Хотя это мне нужно было следить, чтобы он не исчез: во дворец, в толпе адептов или в объятиях Морганы, которая явно решила попытать счастья с другим популярным парнем академии.
А возможно, он… вспоминал вчерашнее.
Самое то, где я, будучи на эмоциях, затащила его в комнату, наорала, выпроводила Илара, а потом… Да. То самое. Пылкий поцелуй, который я в принципе не планировала. Ни по времени, ни по адекватности, ни по здравому смыслу.
Если бы не шум в коридоре… Если бы не чья-то громкая ржачка… Если бы не то, что дверь слегка дрогнула от чьей-то спотыкающейся ноги…
Ох. Лучше даже не думать, как далеко бы это зашло. И да — послевкусие у этого поцелуя было странным: будто я пыталась стереть всё, что было в кладовке. Всю свою злость. Всю свою растерянность. И… Илара.
А вот о нём думать точно не стоило.
Особенно когда я утром увидела у него синяк на челюсти — который к обеду чудесно исчез. Драконья регенерация, чтоб её. Но всё равно — отметина была. А Кейл рядом выглядел чрезмерно спокойным. И я даже не хочу знать, в каком коридоре или комнате они выясняли отношения и сколько стен успели поцарапать.
«Зачем о нём думать?» — шикнула я на себя, стоя перед зеркалом.
Правильно. Я сегодня — вся такая нарядная, в персиковом платье, будто сама невинность, иду на свидание.
Платье, кстати, сидело идеально. Лёгкое, струящееся, чуть выше колена. С открытыми плечами, что делало меня более хрупкой, чем я была на самом деле. Каблуки снова, но уже не такие убийственные, как вчера.
И да… я нервничала так, что пальцы слегка дрожали, пока я поправляла волосы.
Так. Лекси. Спокойно. Это просто свидание. Не дуэль. Не экзамен по магии. Не необходимость объяснять драконам, почему ты сидела на одном из них в кладовке.
Просто. Свидание.
Я вздохнула, выдохнула, собралась и… резко обернулась на стук в дверь.
Конечно же, это был он. Кейл. И стоял он в дверях так, что у меня на секунду перехватило дыхание.
Чёрная рубашка. Рукава подвернуты. Ворот расстёгнут на один лишний сантиметр — ну явно специально, не убеждайте меня в обратном. Волосы чуть взъерошены, будто он нервничал или, наоборот, долго думал, как выглядеть непринуждённо.
И самое опасное — глаза. Глубокие, внимательные, тёмные, будто драгоценный изумруд и сапфир сражаются, какой цвет будет преобладать. Казалось, он снова проживал тот наш поцелуй.
— Ты готова? — тихо спросил он.
А я почувствовала, что нервничаю ещё сильнее.