Неясно только, отчего обязательно нужно было эту пристройку делать отдельно — представляю, какое удовольствие бегать купаться в мороз!
— Становись сюда, в корыто! — деловито принялась командовать Люна. — Болотная жижа она питательная, на огород хорошо ляжет, так что смывай аккуратно, не разбрызгивай.
— Хорошо, — проклацала зубами я. И видя, что бабка не собирается даже отворачиваться, добавила: — Я сама, спасибо.
Гостеприимная хозяйка покосилась на меня, на ведро, пожала плечами, бросила в него небольшой рассохшийся черпачок и, бурча что-то недовольное под нос, удалилась.
Я с облегчением стянула пропитавшуюся невесть чем рубашку. Под руками влажно скользил шелк, горловина украшена кружевом, на подоле тонкая вышивка и полоса узора. Платье в стиле бохо, а не ночнушка! Впрочем, учитывая что от былой роскоши остались одни лоскуты, лучше от нее избавиться.
Что бы ни загнало девчонку на болото, мне бы не хотелось, чтобы оно меня в итоге нашло. А с такими уликами оно запросто!
Решительно скомкав тряпочку и выжав ее под черпаком, я принялась аккуратно, как было приказано, стирать подсохшую почти черную тину.
Заодно наконец-то разглядела себя — и обомлела.
Глава 2
Теперь, когда ни ночнушка, ни грязь меня больше не прикрывали, стали заметны странные узоры на боку.
Сначала я решила, что у девочки, чье тело я заняла, такая замысловатая тату — мало ли, что у них здесь принято. Тонкие светло-голубые линии разветвлялись, складываясь в характерный узор, напоминающий фигуры Лихтенберга*.
Ребенок попал под молнию, потом оказался на болоте? Погода-то пока мы шли была отличная, на небе ни облачка. Что-то не складывается.
Замысловатые извилины нестерпимо чесались. Раньше думала, что виновата тина, и не обращала внимания, сейчас же осторожно прошлась ногтями, стремясь облегчить зуд. Не получилось бы, как с укусами комаров — поскребешь и станет хуже.
Вспухать подкожные нити не спешили, но и не успокаивались.
Меня еще настораживал подозрительный цвет узора. Синеватый, будто венки просвечивают, а не лопнувшие капилляры. Может у нее — у меня — такой дефект внешности, ничего особенного?
— Долго ты там? Али уснула? — Люна постучала по двери, причем так громко, что я чуть ковшик не выронила.
Точно, домываться и вылезать надо. Мало мне подкожных рисунков, так еще и все тело мурашками покрылось от холода. Несмотря на близость печи, насладиться купанием не получалось. Мешали сквозняки.
Да и какое удовольствие, когда не понимаешь, кто ты и где?
Натянув чужую сорочку, я выскочила во двор и быстрее Люны метнулась в избу — греться. Около очага, на грубо сделанном столе уже стояла кружка с подогретым молоком, прикрытая сверху куском не слишком свежего хлеба. Впрочем, он оказался черств, а не тухл, так что был съеден без особых сомнений.
Плечи укутал погрызенный молью, но все еще пушистый шерстяной платок, и жизнь окончательно наладилась.
Бабка наблюдала за мной, подперев голову рукой, как за любимой внучкой.
— Ну, болезная, вспомнила что? — поинтересовалась она, когда я облизала молочные усы и сыто вздохнула.
Не думала, что способна так наесться одной горбушкой!
— Не очень-то, — честно ответила я.
— Зовут как, хоть знаешь?
— Ася! — не задумываясь, привычно выпалила и осеклась.
Это мне привычно, а девочку-то как звали?
Внутри ничто не встрепенулось и не отозвалось. Полная тишина.
Пожалуй, пора смириться с тем, что подсказки мне не положены. Здоровье с молодостью выдали, а дальше сама, как хочешь.
— Уже хорошо, так глядишь, и остальное упомнишь! — искренне обрадовалась старуха и поднялась. — А то и придет за тобой кто.
Вот тут изнутри поднялась такая волна страха, что мне пришлось вцепиться пальцами в стол, чтобы под него не сползти. Какой-то неистовый первобытный ужас захлестывал, требуя бежать и скрываться.
От кого? Зачем?
Непонятно.
Как и неизвестно, куда.
Где я буду в безопасности?
В большей безопасности, чем сейчас, в глухомани, посреди болота?
С трудом преодолевая дурман паники, заново огляделась, попристальнее. На свисавшие отовсюду на ниточках пучки трав и связки ягод я поначалу не обратила внимания, а зря.
Интересно, такие украшения везде приняты, или же моя спасительница-травница?
— Можно, я вам помогать буду? — вырвалось у меня.
Много позже я поняла, что первый спонтанный порыв был самым верным.
Избушка стоит на отшибе, вокруг топи. Нужно изучить каждую кочку как следует, чтобы если что скрыться.
Если что, Ась? Ты даже не знаешь, кто тебе угрожает. И почему.
Но бьющей в виски неистовой потребности спрятаться логика пересилить не могла.