– Присаживайтесь с нами! – пропела одна из женщин постарше, чуть сдвигаясь в сторону по диванчику и шурша подбираемыми пышными юбками.
Ее светлые локоны, убранные в сложную прическу и украшенные сияющими заколками, оттенком напоминали мои. Да и вообще большинство собравшихся сегодня были блондинами, кто в пепел, кто в золото. Похоже на некий генетический маркер аристократии – чем строже следят за родословной, тем светлее волосы. Косы служанок, например той же Айслин, скорее темно-русые, а то и каштановые.
А драконы, кстати, вовсе не все по умолчанию жгучие брюнеты, как Эмберскейл.
Мне впервые пришла в голову эта мысль, я даже на танцующих обернулась, чтобы ее проверить. Так и есть. Один темно-рыжий, двое шатенов, остальные еще как-то похожи на генерала мастью.
И какой отсюда следует вывод?
Если проводить аналогию в знакомой истории, то обитатели Шейдарра напоминали мне англичан, с их светлой кожей и деликатным телосложением из-за вечных дождей и недостатка витаминов. На худой конец, их можно сравнить с довольно хилыми викингами.
А вот драконы, по крайней мере те, кого мне довелось видеть, больше походили на южные народности, изрядно разбавленные вливанием посторонней крови. Как испанцы, в родословной которых потоптались все, кому не лень, начиная с римлян и заканчивая арабами. Вроде как стереотипно они должны быть все сплошь брюнеститые мачо, но попадаются и светленькие, и даже голубоглазые, особенно на севере.
Занятно.
– Благодарю, воспользуюсь вашим любезным предложением, – спохватившись, вежливо отозвалась я и присела рядом с дамой. – Я еще не до конца поправилась, простуда не отпускает.
– Ох уж эти морозы! – с готовностью поддержала она нейтральную тему. – Пробирают до костей. Как ни одевайся, как ни осторожничай, зимой непременно хоть раз заболеешь!
Я встретилась взглядом с настороженным драконом и едва заметно кивнула. Не съедят же меня гостьи, в конце концов!
Эмберскейл растворился в толпе.
Как хозяину приема, ему нужно было не только поприветствовать собравшихся по одному, но и хоть немного с ними пообщаться, кого-то представить, с кем-то побеседовать.
Стоило генералу скрыться, как в меня вперилось полтора десятка пар глаз, горящих нескрываемым любопытством.
– А вы давно знакомы? – озвучила волнующий всех вопрос моя содиванница. – И при каких обстоятельствах повстречались с его драконшеством?
– О, все было предельно романтично, – мило улыбнулась я и затрепетала ресницами, якобы припоминая. – Я, он… болото. Ожоги третьей степени. Струпья, пузыри, омертвелости.
До женщин дошло не сразу.
Я наблюдала все с той же любезной гримасой, как одна за другой они позеленели. Молоденькие, явно обладавшие бурным воображением барышни так и вовсе с трудом подавили рвотные позывы.
Лакей с напитками появился как нельзя вовремя.
– Ох, у меня что-то во рту пересохло! – встрепенулась моя собеседница, донельзя довольная, что можно соскочить с неудобной темы обратно на нейтральную, и схватила с подноса сразу два бокала. – Вина?
– Не откажусь.
Золотистое полусухое мне не повредит. В конце концов, я не планирую напиваться. Глоточек-другой для настроения. Хотя оно у меня и без того излишне агрессивное.
Я принюхалась.
Нахмурилась и еще раз повела носом над плещущейся в бокале жидкостью.
Привычку присматриваться к вину и коньяку привил мне муж в родном мире.
Ему нравился этот процесс – следить как по стенкам бокала стекают маслянистые разводы, оценивать букет по запаху, обращать внимание на год и местность производства… конечно, здесь я не разбиралась ни в регионах, ни в сортах, но никогда не поздно начать!
По запаху оно походило на французский мерло хорошей выдержки. Только вот примесь терпкого миндаля казалась чужеродной и совершенно не вписывалась в букет.
– Что пьешь? – поинтересовался незаметно подкравшийся генерал, заглядывая мне через плечо.
– Да вот, немного белого, – улыбнулась я, поднимая бокал повыше.
Эмберскейл затрепетал ноздрями и внезапно рявкнул:
– Кто тебе его предложил?!
Глава 22
Так и думала. Подозрения оказались не беспочвенны. У дракона чутье получше моего, он уловил лишнюю ноту аромата издалека.