— Я из Вертавии, — пожала плечом.
— Я там бывал — и там лечат так же, как и мы.
— Этому научил меня целитель, к которому отец возил меня, когда проснулся дар, — я снова пожала плечами, на ходу придумывая оправдание всей этой странности. Вот уж не думала, что в наших странах такое разное отношение к исцелению. — Он обучил меня азам, а дальше — я уже своим умом до всего доходила. А откуда тот целитель приехал и где обучался — не знаю, мне пять лет было, и не пришло в голову его расспрашивать.
Надеюсь, достаточно правдоподобно. Что взять с ребёнка, который своего «учителя» видел лишь единожды и даже имени не запомнил?
— Я хочу это видеть. Я должен это увидеть! То, как ты лечишь.
— Вы здоровы, — напомнила я. — Приведите ко мне больного, который согласится, чтобы вы присутствовали при лечении — и смотрите сколько угодно. А пока — покиньте мой кабинет, меня ждут пациенты.
— Пациенты, — забормотал лорд, — пациенты… Одну минуту! — и он выбежал из комнаты — и куда только делся его гордый шаг, да и вся надменность как-то сдулась. Спустя минуту — я едва успела вымыть руки, — он и правда появился вновь с пациентом, торговцем средних лет, ждавшим своей очереди.
— Мы договорились с мистером Ρиплом, — довольно сообщил он мне. — Я оплачиваю его лечение, а он не возражает, чтобы я присутствовал и наблюдал.
— Пожалуйста. На что жалуетесь? — привычно поинтересовалась у пациента.
— Нет-нет, определите, пожалуйста, сами, — лорд-целитель был предельно вежлив и тут же выложил на стол две серебрушки. Мистер Рипл, прежде мне не знакомый, видимо, не с нашей улицы, удивлённо и чуть испуганно посмотрел на монеты, потом на меня. Ещё бы, для простых горожан у меня были совсем другие расценки.
— Ну, раз вы платите, — пожала я плечами и незаметно подмигнула торговцу, который, к моей удаче, понял, в чём дело и расслабился. Действительно, какая разница, сколько стоит лечение, если платит кто-то другой.
— Так, — мне хватило десяти секунд на диагностику. — Левый локтевой сустав воспалился, еще вот здесь болит, когда, когда жирное едите? — я положила ладонь ему на правое подреберье. — И… как у вас с женщинами в последнее время? Не очень получается, да?
— Вы что, и это увидели? — мужчина смотрел на меня с благоговейным ужасом, одновременно заливаясь краской. — Я с локтём пришёл, болит, зараза, особенно к дождю. Печень — да, тянет после обеда, ноет, иногда жёлчью икаю, но как-то не сильно мешает. — Ну, печень так печень, пусть так считает, не стану уточнять, может, человек и не слышал никогда ни про жёлчный пузырь, ни про поджелудочную? — Но как вы про женщин-то узнали? — его голос опустился до шёпота.
— Мне тоже это интересно, — лорд-целитель подошёл и схватил пациента за другую руку. Помолчал, что-то бормоча, потом приказал: — Раздевайтесь!
— До пояса, — уточнила я для перепуганного торговца. — Так, говорите, только с локтём пришли?
— Ну, так… Если господин платит… Лечите уж всё, — расстёгивая жилет, а за ним и рубаху, быстро сориентировался пациент.
— Золотой за всё, — уточнила я для «мецената».
Монета легла рядом с серебрушками. Сам лорд продолжил ощупывать пациента, к чему-то прислушиваясь. Мы ему не мешали. Торговец зачарованно смотрел на золотой, я наблюдала за мимикой целителя, чьи брови поднимались всё выше, в то время как ладони блуждали по животу больного.
— Всё точно. Но как?! — в очередной раз попытался он добиться у меня ответа. И снова получил пожатие плечами — что я скажу? Просто чувствую, и всё. — Лечите! — выдохнул лорд, не получив от меня внятного ответа.
Да пожалуйста. Сначала занялась локтём, потом жёлчный почистила, кладя ладонь на больной участок, раз уж пациент разделся, поджелудочную подправила. Мужские проблемы лечила, положив руку на низ живота, максимально сохранив стыдливость пациента, которому пришлось лишь расстегнуть брюки и приспустить исподнее, пряча самое дорогое под фланелью. Целитель в это время ощупывал излеченные места, бросая на меня ошеломлённо-недоверчивые взгляды. Кажется, ему очень хотелось снова задать своё «Но как?!», но понимая, что ответа не дождётся, он помалкивал.
А я, закончив, посоветовала довольному пациенту не налегать на жирное и жареное и пригласила следующую пациентку. Чопорная пожилая дама наотрез отказалась от присутствия второго целителя, ворча, что не просто так пришла за шесть кварталов к женщине, и никакому мужчине не позволено видеть и тем более трогать её тело, пусть он хоть трижды целитель.
После подобной тирады я подумала, что у неё какие-то женские проблемы, возможно, что-то из той же категории, что и у утренней леди, но вся проблема оказалась в выпирающей косточке на ноге. Именно ступня была той частью тела, которую не позволено было увидеть мужчине. Из любопытства поинтересовалась, как же она раньше справлялась, и нет ли поблизости другой целительницы, а если есть, почему не пошла к ней на этот раз.