— Это невозможно. Все эти годы моя служба безопасности не сидела, сложа руки. Ρабота была проделана огромная, и хотя никому в голову не пришло искать внутри семьи, любая, даже самая мелкая потенциальная опасность была ликвидирована. Несколько мелких оппозиций, пара тайных организаций, даже просто недовольные властью — все отслежены, обезврежены или же взяты под контроль. Сейчас наше королевство безопаснее, чем когда бы то ни было в своей истории. Поэтому можешь забыть о своих страхах — твоим детям ничего не угрожает.
— Я понимаю, я всё понимаю! Но… Это сложно. Вот так, сразу, без подготовки, изменить всю свою жизнь, пусть даже и к лучшему. Мы с детьми это один раз уже пережили, и это сложно еще и морально. Когда всё, к чему ты привык, исчезает в один момент. Поэтому к переезду в столицу мы готовились долго, заранее всё обговорили, обсудили, ждали и предвкушали, свыкались с мыслью, что наша прежняя жизнь снова останется позади. А сейчас… слишком всё быстро! И как же моя практика? Мои пациенты? Вот так сразу взять и исчезнуть?
— Хорошо, что ты предлагаешь? Я готов выслушать и обсудить любые предложенные тобой варианты. Мне не впервой, — усмехнулся король.
— Мне нужно время, — как минимум до субботы. Я должна всё объяснить старшим, мы должны всё обсудить, принять решение. Младшие тоже не младенцы, чтобы взять их в охапку и просто перенести на новое место. Я могу уже сейчас сократить время приёма, дети могут начать занятия здесь, вместе с Ρэйнардом, правда, я не представляю, как это организовать.
— Я — не единственный портальщик во дворце, — усмехнулся король.
— Допустим. Но детям всё равно понадобится время чтобы проститься со своими друзьями, закончить какие-то свои дела. У нас животные и сад — с этим тоже нужно что-то решать. Да у нас элементарно нет подходящей одежды, чтобы жить во дворце и не быть перепутанными с прислугой. Мои дети привыкли к относительной свободе и мало знакомы с этикетом и всем остальным, что дети аристократов обычно знают с пелёнок — не было необходимости их этому учить. И это то, что вот прямо сейчас в голову пришло, уверена, если задуматься, проблем окажется ещё больше.
— Значит, будем решать их по мере возникновения. Ты права, нельзя вот так сорвать вас с детьми с насиженного места и одним днём переселить во дворец. Давай начнём постепенно, то, что уже обдумали — ты сокращаешь время приёма пациентов, обсуждаешь всё с младшими, а в это время вам всем готовят новый гардероб. Это планы на сегодня.
— Согласна. Начнём постепенно, — кивнула я, понимая, что начинать всё равно с чего-то придётся.
— И я хотел бы ещё кое-что внести в ближайшие планы, — в голосе короля явно послышалась улыбка, а рука, до этого просто уютно меня обнимающая, заскользила вниз, туда, где спина уже называлась иначе. — Как насчёт того, чтобы еще разок меня полечить? Новым, усиленным способом?
Ну, я же целительница! Как я могла отказать пациенту?
ΓЛАВА 17. ЗНАКΟМСТВО
День двадцать четвёртый. Среда
С детьми я решила поговорить в обед — утром обычно суета перед школой, все завтракают едва ли не на бегу, порой с книжками — доучивают то, что вроде бы должны были сделать ещё вчера, ищут потерянные вещи и учебники, которые лежат на самом видном месте, в общем, привычный балаган, тут не до серьёзных разговоров. А вот в обед мы усаживались основательно — у меня был законный перерыв, и как правило, на него никто не покушался, или мне просто везло.
И вот тогда мы обменивались новостями, дети рассказывали, что нового у них случилось в школе, мы строили планы, распределяли поручения, в общем, общались. И сегодняшний обед я посветила рассказу о том, как теперь изменится наша жизнь.
Поначалу дети растерялись. Они не знали, как реагировать. С одной стороны — мы выйдем из «подполья», у нас будет роскошный дом и хорошие учителя, много красивой одежды и лакомств, а вот домашних обязанностей по уборке, готовке и уходу за домашними животными и садом вроде как больше не будет — во дворце же для этого есть слуги.
С другой — дети просто боялись. Они были слишком малы, чтобы помнить нашу прежнюю жизнь, о дворцах и королях знали лишь из сказок, я сознательно старалась избегать этой темы, чтобы дети не понимали, чего лишились. Было и было, я считала, что мы всю оставшуюся жизнь проведём как простые горожане, потому лучше и не знать, что там раньше было. Нет, дети знали, кто они, но для них прежняя жизнь была где-то на одном уровне с волшебными сказками.