— Я беспокоилась за Ральда, — соврала я, замечая довольный взгляд парня.
«Правильно, помни, что сейчас все твои слова играют большую роль» — голос Ральда в мыслях, невольно заставил меня сжаться. Внутри все похолодело и стало как-то нехорошо.
— Даже если это так, — тут она бросила быстрый взгляд в его сторону. — Ты же знала, что Никандр вот-вот должен уезжать. Рина, сказала, что предупредила тебя. Так вот какое у тебя было дело?
— Никандр еще здесь? — дрогнувшим голосом спросила я и вновь услышала раздраженный голос Ральда:
«Не забывайся, играй хорошо, моя девочка. Ты встречаешься со мной…»
От его слов мне вдруг стало плохо, и я ощутила, как меня качнуло. Перед глазами невольно всплыло безразлично лицо Аргасса, и я вся сжалась, дрожа. Нет, только не снова. Не хочу вспоминать, и не хочу повторять.
Никому ничего не говоря, я просто вскочила и убежала. Сколько так мчалась не знаю, пока кто-то не пригородил дорогу.
— Вот ты где, София, как же ты заставила меня понервничать.
— Почему ты еще не уехал? — сквозь слезы прошептала я, ощутив вдруг крепкие его объятия и сразу как-то успокоившись.
Он гладил меня по спине, а я просто молча, так и стоя, прижавшись к нему. Никандр единственный, кто не вызывал во мне страха, а лишь уверенность и спокойствие.
— Ты плачешь? Что случилось?
— Я…
— София, все хорошо, не волнуйся, идем…
— Нет, — уже более уверенно заявила я, прекрасно помня слова Ральда. С неохотой вырвавшись из его объятий. — Тебе уже пора, ты опоздаешь.
— София, я никуда не поеду, пока не пойму что с тобой.
— Все хорошо, просто езжай, прошу. Не тяни время, ты и так уже задержался.
Никандр удивленно приподнял брови, явно не понимая моего поведения. Но я лишь улыбнулась, перестав плакать, и уже более уверенно произнесла:
— Езжай, не переживай за меня.
— Как я могу тебя оставить тебя в таком состоянии, — он осторожно взял меня за руку. — София, что с тобой эти дни? Ты сама не своя.
— Все хорошо, просто я волнуюсь за тебя. Правда, поезжай…
Я все-таки не могу ему сказать, того что требует Ральд. Но ведь и так выполню часть своего договора и буду с ним, но сказать все в лицо Никандру просто не хватало смелости. Да и врать не было ни малейшего желания, я люблю Никандра всем сердцем и не смогу сказать ему такое…
Надеюсь, Ральд не узнает об этом, ведь могла просто не успеть, Никандру этого сказать. Хватит, об этом думать, я сама сделала выбор.
Неожиданно Никандр приблизился ко мне и мягко прикоснулся своими губами к моим в длинном нежном поцелуе. Я еле сдержалась, чтобы вновь не заплакать. Те чувства, что вызвало его прикосновение были такими яркими и теплыми, что как только стоило мне представить, что больше никогда не почувствую, становилось больно и страшно.
Нет, я не должна думать только о себе. Все это случилось из-за меня, а значит и мне выпутываться. Если я приношу только несчастья, то значит такова моя судьба. Может, и правда будет лучше, чтобы Никандр нашел себе ту, которая достойна его?
— Я буду писать тебе, — с улыбкой произнес Никандр, отпуская мою ладонь. — И еще очень рад, что все-таки смог с тобой попрощаться.
— Я тоже, — совсем тихо прошептала я, сжимая подол юбки.
— Рина, говорила, что тебе не очень хорошо, тогда, лучше не идти со мной. Я и так уже разозлил возницу, что заставил ждать.
Все время, что он шел к карете, оборачивался и смотрел в мою сторону, отчего на душе становилось, только хуже. А я просто стояла у окна и слезы бежали по щекам…
В комнату я вернулась только вечером, где меня уже ждала недовольная подруга. Я не успела даже сесть, как она тут же накинулась на меня с вопросами.
— София, ты что сегодня учудила?! Сдался тебе этот Ральд? Или он тебя заставил? Скажи, только честно.
— Нет, — не совсем уверенно ответила я, но вспомнив предупреждение Ральда постаралась взять себя в руки. — Я виновата в случившемся и просто обязана была убедиться, что с ним все хорошо.
— А то, что ты Никандра не увидишь несколько недель, так, ерунда?!
— Кэйсси, пожалуйста, не надо, я устала и хочу спать. Завтра рано вставать.
— Что же, как знаешь.
Девушка одарила меня задумчивым взглядом и пошла в купальню, я же чувствуя себя полностью разбитой, упала на кровать, уткнувшись лицом в подушку, и разрыдалась. Я понимала, что поступаю глупо, но другого выхода просто не видела.
Чудо словно почувствовав мое состояние, осторожно прилег рядом и уткнулся мордочкой мне в лицо, желая успокоить. Невольно улыбнувшись сквозь слезы, вспомнила слова бабушки. Все-таки она была права, что только такие существа, как сэйл, никогда не предают. И пусть люди их боятся, на самом деле они куда добрее нас…