—А вы сами хотели бы выбрать себе имя?
—Вряд ли. Меня вполне устраивает выбор моих родителей, — улыбнулась Светлана.
—А внешность?
—Ну, то, что подарила мне природа, меня тоже радует. Ну ладно, думай, пиши письма, если хочешь. А мне пора. У меня ещё много дел. До встречи… Жду не дождусь, когда смогу назвать тебя по имени…
—А можно спросить? Как там эти девушки? На земле?
—Живы и здоровы.
Светлана взяла со стола папку и хотела уходить. Метаморфоза её остановила.
—А что в папке, если не секрет?
—Это? — Светлана посмотрела на папку. — Небольшой материал для раздумий Саримата.
—А что конкретно?
—Список жертв происшествий, которые он натворил, — тихо ответила Светлана. — Многих это заставило задуматься. Надеюсь, его тоже.
—Интересно, мне тоже вы дадите такой?
—О нет! Во-первых, с тебя и так достаточно. Во-вторых, список спасённых составить гораздо труднее. Ведь это ты оповестила все города, — Светлана сделала ещё несколько шагов к двери. И снова.
—Что-то у меня всё наперекосяк. И дорога какая-то кривая… — тихо произнесла метаморфоза, пролистывая другой блокнот. Красный. Её взгляд не задерживался ни на одном имени.
—Я не знаю ни одного приличного человека, у которого прямая дорога, — ответила Светлана, уже взявшись за ручку двери.
—Ну, вы же приличный человек.
—Так и у меня дорога непрямая. Ой какая непрямая, — задумчиво произнесла целительница. — Не думай, что у других всё гладко. Ухабы встречаются всем. Выбирать приходится, как их преодолевать. Потому и дорога кривая. Это делает человека человеком, а не марионеткой судьбы.
Миранда прекрасно умела уговаривать, даже если уговаривать приходилось Светлану. Именно поэтому Светлана сейчас шла по коридору Службы Безопасности. Её здесь встретили с цветами, значит, помнили, и помнили хорошее. Радость чувствовалась кожей. Начальник что-то говорил, но Светлана не запомнила его речь, в сознании отложилось только то, что она лучший детектив. Нет. Был лучше, а ещё лучше они были в команде. Но этой команды уже не будет.
К двери кабинета уже нечем было держать цветы, так что её пришлось открывать ногой. В ноздри ударил до боли знакомый запах. Бумага, чернила, дерево… И что-то такое, едва уловимое и уникальное. Нигде больше не было такого запаха, как в этом кабинете. Даже аромат цветов не мог его перебить. Здесь тесно. Половину места занимают два стола и шкаф с папками. Два кресла, три стула, незанавешенное окно, в которое вечером видно закат… А вот в цветочном горшке торчит только корявая палка. Светлана закрыла за собой дверь и расслабила руки. Букеты посыпались на пол.
—Неужели я снова здесь? — спросила она себя, прислонившись спиной к двери. — Самое интересное, я до сих пор не могу понять: я хотела вернуться? Или боялась?
Конец