- Сортировка? Оказание первой помощи? – смягчив становившуюся с каждым мгновением все более тяжелой паузу, вновь отметился Андрей.
- Вы все допущены как к сортировке, так и к оказанию первой помощи, - словно только что не нагнетал напряжение, не помедлил МЧСник с ответом, - однако, последней, без особой необходимости, прошу не злоупотреблять. Ваша задача – поиск. Чем больше пострадавших мы вытащим из-под завалов в первые двое суток, тем меньше потеряем в последующем.
Опять тот самый синдром длительного сдавливания. Чем дольше период травмирования, тем тяжелее могли быть последствия.
Именно поэтому при таких чрезвычайных ситуациях собирают всех доступных нейтрализаторов. Если кто и может предупредить токсический шок, связанный с самоотравлением организма продуктами распада тканей, так именно они.
Этого хватило, чтобы вспомнить про Анну Филоненко. Вот кто бы здесь пригодился. Да и Кирилл с Петром тоже. Хоть и не нейтрализаторы, но прекрасно работали с соответствующими магемами.
Думать об этом не стоило – та жизнь осталась в Москве, но не думать не получилось. Как и сомневаться время от времени в собственном решении.
Впрочем, неуверенность терзала меня только до взлета, а потом перестала быть острой. Я знала, что должна была сделать этот шаг. Я его сделала, и оглядываться назад не собиралась.
- Старшие групп?
Среди этих шести был Сашка Трубецкой.
- Ваши комплекты, - по рядам вновь пошли несессеры, но уже черного цвета. – Комплект – такой же. Позывные по списку поисковиков я уже назвал. Настройки маяка на приоритет безопасности по среднему уровню.
- Безопасность целителя, - кивнул Сашка. В мою сторону он даже не посмотрел.
- Именно. В задачи старших входит не только организация работы на месте ЧС, но и обеспечение безопасности целителя-поисковика. Ценность их жизни я объяснять не буду, сами не маленькие.
- Где нам предстоит работать? – воспользовавшись возможностью, поинтересовался один из старших.
Имени его я не знала, но видела, что Андрей входил в его группу.
- Поисково-спасательные работы на данный момент разворачиваются вдоль основных городских дорог, которые расчищаются тяжелой техникой, и трассы М4. Зона нашей ответственности находится в западной части города, где формируется одна из группировок, в которую войдет двенадцать таких команд, как наша. Из сложных объектов: больница, крупный супермаркет, банк, кафе.
- Круто… - высказал тот же старший общее мнение.
- Круто, - невесело согласился с ним Орлов. – Все снаряжение получим на месте. На данный момент там уже развернут эвакуационный пункт с малым мобильным госпиталем, пункт приема пищи и подготовлено место для размещения личного состава. На команду – две палатки. Девушке…
- С девушкой мы разберемся сами, - подал голос Сашка.
- С девушкой вы разберетесь сами, - без малейшего намека на иронию, повторил за ним Орлов. - Схема работы: пять на один. Пять часов на поиск, час на отдых и принятие пищи. Через четыре смены – восемь часов сна. Это – предварительно. А там…
МЧСник замолчал, посмотрев на идущую следом машину.
Сколько было в колонне, я не считала, но сопровождавший движение гул был таким же, как и на аэродроме.
- Что такое пять минут тишины знаете? – неожиданно спросил он, продолжая глядеть куда-то вдаль.
Мы – знали.
Пять минут, на которые приостанавливались все поисково-спасательные работы.
Пять минут, тишина которых могла спасти чьи-то жизни.
***
Ночь была где-то там. Здесь же существовали лишь яркий свет прожекторов и тени. То - робкие, едва проявляющие себя зыбкой серостью. То - глубокие, черными провалами похожие на бездну.
А еще – огненные всполохи. Но это там, где в разрушенном городе зверствовал огонь.
На обустройство и подготовку нам дали двадцать минут.
Их оказалось более чем достаточно. В отличие от той подготовки, которую проходили при ликвидации теракта, эта не предусматривала ни полной очистки организма, ни использования специального белья. Схема работы «пять на один» позволяла свободно отправлять естественные потребности.
- Может тебя разместить у медичек? – когда, уже собравшись, вышла из палатки, перехватил меня Орлов.
Оглянувшись – полог за мной опустился, отрезав от чужих взглядов, вновь посмотрела на МЧСника.
С одной стороны, в его предложении был смысл. Мою кровать хоть и отделили от остальных импровизированной ширмой, но определенная скованность все равно присутствовала. И у парней, старательно избегавших крепких словечек и сальных шуток. И у меня, столь же старательно делавшей вид, что ничуть не смущаюсь.