Она всё ещё старалась на него не смотреть
— Прямо как мы договаривались в своё время?.. Знаешь, ты могла сделать это пока я спал. Это было бы намного проще.
— …
— Или тебе неловко убивать спящего человека? Странно, — Игорь наиграно почесал подбородок указательным пальцем. — Честь не позволяет? Она не помешала тебе убить ребёнка…
— Ты… — девушка не выдержала и вскинула на Игоря свой пламенный взгляд. Юноша улыбнулся и встал прямо у столика, перед которым стояла Мисураги.
— Хочешь меня убить? Поздно… Я уже проснулся. Если мы устроим битву сейчас, — он посмотрел на потолок. — Обвалиться потолок, весь дом будет разрушен, умрёт столько людей… Или тебя уже совсем всё равно на все эти жертвы?.. Неужели ты к ним наконец привыкла?
Мисураги заскрежетала зубами.
— Чего ты хочешь?..
— Тебя, — вдруг заявил Игорь, схватил девушку за подбородок и притянул к себе. Одновременно он наклонил голову. Мисураги Юй ринулась назад, но было уже поздно. Их губы сошлись воедино.
2. II
Игорь наклонился и резко притянул Мисураги; их губы сошлись воедино. Девушка вздрогнула. Сперва она была обескуражена. Жар захватил её уста, вонзился в её горло и горячим трепетом прошёлся по всему её телу; всё смешалось в голове Мисураги. Она была растеряна, — девушка хотела гневно закричать, её губы приоткрылись, и тут же, словно выжидая момента, в них вонзился язык… Тело Мисураги пронзил живительный ток. Девушка немедленно зажгла свою ману и выбросила кулак.
Удар пришёлся Игорю в плечо. Его хват ослаб. Мисураги вырвалась, отпрянула и немедленно попыталась выхватить пистолет… Не вышло. Носить оружие дома, особенно огнестрельное, считалось крайне дурным тоном для самурая. Мисураги была безоружна… Почти. На шее девушки вспыхнули красные линии. Она смотрела на Игоря яростным, полным ненависти взглядом и готова была в любой момент вызвать свой Синкэн.
— Ты… — прохрипела Мисураги.
— Я. Ещё раз, ты забыла? Если мы сейчас даже попробуем использовать наши доспехи, все в доме умрут.
— Мне всё равно! — яростно заявила Мисураги.
— Всё равно? — Игорь сделал удивлённое лицо.
— Ты… — Мисураги тяжело дышала. — Чтобы убить такого как ты…
— Можно принесли любые жертвы… Я угадал?
— … — Мисураги прикусила губу.
— Странно, — Игорь сделала шаг назад и вложил руки в карманы. — Мне кажется — всё наоборот. Ради меня можно пойти на любые жертвы… Ты ведь понимаешь, что ещё не победила? Да, ты стала легендой, это великолепно. Но против тебя вся империя, над которой никогда не заходит солнце… И другие личности, — юноша вспомнил немца. — Которые действуют в своих интересах. Тебе нужна моя помощь… И всё равно ты хочешь от меня избавиться? Почему?
— Ты убийца, — с трудом выговорила Мисураги.
— Кто бы говорил, — улыбнулся Игорь.
Девушка запнулась.
— Им не выгодно больше атаковать наши земли… Они уйдут, — выговорила Мисураги.
— Не выгодно… А тебя так выгодно посылать меня вон?
— …
— Люди редко делают то, что им выгодно. Над ними властвует гордость, или страх, или… Любовь.
— ... — Мисураги прикусила губу.
— Ты меня ненавидишь… И в то же время тебе выгодно, чтобы я был рядом. Помнишь, я говорил, что тебе будет выгодно меня влюбить..? Ты этого не сделала. Всё потому что есть вещи важнее выгоды… Например ты скорее умрёшь, чем будешь пресмыкаться. Ты скорее заберёшь всю свою страну в могилу, чем встанешь на колени.
— С чего ты…
— С чего я взял? Догадался. Знаешь, о чём я ещё догадался?.. Тебе на самом деле всё равно на всех этих людей. Всё равно на свою страну… Ладно, может быть о ней ты немного волнуешься. Не смотри на меня на так. Но всё это вторично. Всё это оправдания, которые ты используешь, чтобы скрыть свою настоящую страсть… — Игорь наклонил голову вбок.
— Ты не хочешь пресмыкаться.
Алая Они вздрогнула и опустила голову.
— Не хочешь быть рабыней. Не хочешь никого слушать. Не хочешь быть ребёнком, на которого давят незримые силы. Ты не хочешь справедливости, нет… Ты хочешь… Свободы. Чтобы никто не смел тебе указывать; повелевать тобой. Ты хочешь быть свободной, и поэтому тебя разрывает на части потребность делать правильно. Быть справедливой… — Игорь покачал головой.
— Свобода не всегда означает праведность… Даже наоборот… Знаешь, мы в этом похожи. Хотя я не строю иллюзий. Я не пытаясь оправдать резню праведной целью. Это глупо, — Игорь развёл руками. — А ещё, это — те же путы.
Дай угадай… Когда я тебя поцеловал, ты снова вспомнила нашу первую баталию… И тех людей, которыми я в тебя бросался, их стоны, крики, кровавое месиво у меня, и у тебя, под ногами. Я прав? Это они каждый раз заставляют тебя броситься назад и смотреть на меня такими прекрасными злым глазами. А на самом деле ты вовсе не против…