— Нужно… Их остановить, — хрипло проговорил Пире. Мужчина был серьёзно, — хотя и не смертельно, — ранен. Требовалось некоторое время, чтобы доспех восстановился сам и восстановил его тело.
— Я этим займусь, — сказал Игорь и подобрал голову, которую отрубила Елисавета. Затем юноша взял разбитый серебристый доспех, — который, опять же, выглядел как лидер ударной группы — и бросился в море. Пока Мефистофель бежал по воде, за его спиною вспыхнули массивные огненный крылья. Игорь подпрыгнул и взмыл к облакам…
Британские матросы вдруг закричали и стали показывать пальцами в небо. Прямо у них на глазах из дымовой завесы показался ангел на огненных крыльях… Ещё сильнее сделался их испуг, когда они увидели серебристую груду металла у него в руках. Солдаты и офицеры сразу узнали в ней своего адмирала. Зазвучали крики. Эта картина настолько шокировала матросов, что через пару минут все орудия притихли. Громовая канонада закончилась. Уши людей наполнили ровный шум двигателя и грохот волн.
Игорь опустил голову и заговорил. Его голос напоминал шипение раскалённого метала:
— Сдавайтесь.
И всё. Больше Игорь не сказал ни единого слова. Но даже этого было достаточно. Первые несколько минут все молчали. Затем, постепенно, началась паника. Солдаты стали бросать свою работу и падать на колени. Офицеры пытались их удержать, они кричали на них, но всё это было бесполезно. Через пару минут корабли остановились. Матросы на мостике вывели своего капитана. А ещё через некоторое время на ближайшее к Игорю судно явилось несколько рыцарей, Родовых сокровищ. Один из них вышел вперёд и сказал:
— Мы… Мы готовы сложить оружие… И обсудить… — в его голосе появилась запинка. — Обсудить капитуляцию.
Игорь помолчал некоторое время, — причём исключительно для того, чтобы добавить напряжение, — а затем сказал:
— Хорошо. Можете разворачивать флот. С вами свяжутся в ближайшее время…
Мефистофель развернулся и влетел в облако чёрного дыма, аки демон, который, заявившись на землю, отправился назад в преисподнюю. Солдаты британского флота проводили его, не смея оторвать глаз. Их лица были бледными как смерть… Если бы армия была на земле, они бы ещё могли оказать сопротивление национальному достояние, но здесь, в море, без всякой поддержки, они представляли собой лёгкую мишень. У них просто не было выбора, кроме как сложить оружие…
…
После возвращения на берег Игорь сперва наведался на место смерти зелёного доспеха, чтобы впитать его энергию, а затем снова встретился с Пире и Елисаветой. Французу всё ещё было немного дурного, а потому новоявленными пленными — целой армией, — стала заниматься Елисавета. Игорь весьма удивился, когда обнаружил, что девушка была довольно умелым генералом и полководцем. Она великолепно разбиралась в военной бюрократии, — предмет для самого Игоря совершенно чуждый.
Всего за несколько часов Лена отправила захваченный, по своей сути, флот в ближайший французский порт и приказала готовиться принимать пленных. Их обещалось великое множество… Меж тем французская армия стала постепенно собирать свою артиллерию и возвращаться на юг. Британское подкрепление было уничтожено, — теперь нужно было добить силы противника, которые прямо сейчас заседали в Померании… Впрочем, это было не более чем вопросом времени.
Через несколько часов, в полдень, ещё до того, как британский флот зашёл в порт, и миру стало известно о страшном поражении, которая потерпела империя, юноша вернулся в расположение своей армии и повёл её на штурм. Ночью к нему присоединилась Елисавета, а затем и Пире. Медленно, но верно, они отбивали у британцев последние клочки земли и прижимали их к морю… Генерал британской армии три раза пытался связаться со своим правительством, и каждый раз всё более отчаянным тоном спрашивал: когда общается подкрепление? Почему его нет? Они долго не протянут… Скорее! Скажите грёбаным морякам поторопиться…
Когда бледный старик собирался отправить четвёртое послание, он получил короткий ответ:
— Подкрепления не будет.
…Действуйте по обстоятельствам.
Генерал вздрогнул и свалился на колени. Все остальные офицеры, которые стояли внутри душного штаба, вздрогнули и замолчали. Повисла гробовая тишина... Она продолжалась почти минуту. Наконец старик схватился за стол, медленно поднялся на ноги и прошептал: