— Нет у меня десяти, у меня сорок…
Не успел я закончить предложение, как пацан совсем закашлялся. Да так сильно, что пришлось спешно долбить его по спине, дабы он совсем не захлебнулся.
Ё-мое — неужели это так много!? Я богат? Ёптить, никогда бы не подумал, что разбогатею в стране говорящих мурзилок!
— Вот здесь, Пугачев, ты будешь проводить большую часть своего времени! — с улыбкой сказал я к бойцу, обводя рукой пару задорно блестящих унитазов, разделенных перегородкой.
— Тащ лейтенант, вы прикалываетесь, что ли!? — изумленно спросил солдат.
— Ты, выблядок тараканий, скажи спасибо, что я тебя за измену Родине не расстрелял, нахрен!!! — заорал я ему на ухо.
Пугачев, понуро опустив голову, смирился со своей судьбой.
Дом, а вернее — какое–то его подобие, яблочная семейка с фермы заделала за четыре дня! Четыре, мать их ети! До чего же шустрые Бориски… Мне бы таких с сотню — я бы весь дальний восток застроил за год.
Правда, мои засранцы тоже помогали, да и яблочникам пришлось звать своих родственников из других городов… Много, много родственников. Эти разноцветные мурзилки скакали по стройке будто орда муравьев. Блин, да сколько же их!? Такое ощущение, будто они делением размножаются.
Насчет строительства договаривался Потапыч. Я в здешних делах не понимаю, поэтому и попросил его помочь. Отличный он всё–таки парень! За два часа он успел договориться с фермерами и еще каким–то образом связаться с архитекторами из столицы, чтобы те прислали своего специалиста. Да и со здешним старостой все вопросы сам уладил. Просто золото, а не косолапый!
Правда, была одна проблема: мебель и сантехнику человеческого размера никто никогда не производил, так что пришлось мальцу заказывать ее отдельно, за приличную сумму. И, насколько я понял, заказывал он её не у мурзилок, а у каких–то прямоходящих коров. Оказывается, тут и коровы разумные бывают.
Несмотря на всю нервотрепку и потраченные деньги, оно того стоило.
Четыре дня!!! Я хренею с этих мультяшек… За неполную неделю они успели составить чертежи, привезти материалы, изготовить мебель… И это при том, что раньше они никогда этого не делали! На оплату труда, материалов и еще кучу всякой фигни ушла довольно–таки приличная сумма — одиннадцать тысяч. Плюс еще пять сотен монет я решил отдать лично Потапычу. Он честно их заработал. Поначалу он не хотел брать награду, но, когда я напомнил о его соплях насчет подруги своей начальницы, он сразу согласился, сказав, что купит ей самый лучший подарок…
Бедняга, неужели он настолько сохнет по этой овце? Дурила. Даже жалко его как–то, но это уже не мои дела. Сам потом поймет.
В общем, хоромы у нас получились знатные! Очкастый архитектор для строительства выбрал место на отшибе, между яблочной фермой и городком. И теперь на недавнем пустыре красовался и внушал страх местным жителями большой продолговатый домик в один этаж и аж восемь комнат, не считая кухни и умывальника с сортиром.
Черт, я слишком долго служу! У меня даже дом получился как казарма! Осталось только плац залить и каждый день поднимать да опускать флаг под оркестровую музыку. Местные точно оценят такой цирк…
Каждому бойцу вышло по отдельной комнате — они хоть и хотели меня кинуть, но всё–таки их можно понять: слишком уж много на них свалилось за последнее время. Все–таки только они четверо и выжили… Кабанова я и вовсе не стал наказывать, прекрасно понимая, что он просто пошел на поводу у остальных, слишком уж он тупой и доверчивый… И нахрена капитан ему младшего сержанта дал!? Хотя, о чем это я… У пехтуры вон — тувинец капрала получил. Хотя и по–русски почти не говорил.
Интересное чувство юмора у их офицеров. А ладно, не важно. В общем, Кабанова божья кара миновала. А вот остальные по стройке летали, как ошпаренные. Нехрен было бунт устраивать! От их скоростей, кажется, охреневали даже ушастики. Еще бы, пиздюля творят и не такие чудеса! Когда казарма была готова к заселению, я занялся распределением обязанности между солдатами.
Кабанова назначил ответственным за продовольствие: раз жрать любит, так пусть готовит и продукты покупает! И заодно кухню в чистоте поддерживает. Скокова поставил каптером, пускай за имуществом следит, а то я знаю — не успеешь отвернуться, как попиздят всё, что к полу не прибито! Как в пословице «Армия — страна чудес, сел посрать — ремень исчез!».
Лисина я ничем не запрягал. Он все так же помогал «Блестяшке» в мастерской, а работая там, боец и так сможет заниматься ремонтом нашей одежды, а то и вообще новую сделать! Швея–мотористка, блин. Ну, а Пугачев… Как я и обещал, он стал главным дерьмочистом! В обязанности я вверил ему порядок в расположении — и, самое главное, сортире.