— Не думаю, ваше величество. — на автомате ответила она, но, сообразив, тут же продолжила. — Но я уверена, беспричинной агрессии со стороны пришельцев более не предвидится. — как можно более нейтральным тоном произнесла Сивира.
Принцесса слегка наклонила голову, разглядывая офицера и явно раздумывая над чем–то.
Спустя некоторое время, она вновь обратилась к фелисине:
— Сивира, возможно, ты единственная, кому пришельцы хоть немного доверяют. Поэтому я хочу, чтобы ты со своим отрядом отправились обратно в Кентервилль. Ну, знаешь, помочь им адаптироваться, проследить чтобы ничего не нарушали… — женщина замялась, неуверенно постучав каблуком по полу. — Ну и чтобы друг–друга не избивали, если получится.
Доброе сердце принцессы, было явно не в восторге от эпизода, разыгравшегося во дворце неделю назад.
— Ты ведь не против?
Сивира лишь сглотнула и поспешно закивала головой, пораженная столь неожиданным вопросом. Офицер еще ни разу не слышала чтобы кому–то из принцесс было интересно её мнение по поводу приказов.
— Вот и славно! — вдруг радостно воскликнула повелительница ночи и вскочив со стула, подошла к младшему лейтенанту.
— Только пожалуйста, будь осторожна с ними. Я очень не хочу чтобы с тобой что–то стряслось. Хорошо? — совсем по дружески спросила правительница, похлопав офицера по плечу.
— Да, принцесса. — раскрасневшись, ответила низкая девушка, чувствуя как уши касаются мягкой груди правительницы.
Весело помахав рукой на прощание, Нолярис скрылась за дверью.
— Что это, дракон раздери, было!? — все еще переваривая произошедшее, спросила девушка у пустого кабинета.
В Кентервилль отряд королевской стражи прибыл уже после обеда. Отправив своих стражников отнести вещи в дом, выделенный им старостой, Сивира направилась искать пришельцев.
Поспрашивав у местных, фелисина с удивлением узнала что все люди теперь живут в собственном доме возле яблоневой рощи. «Чему тут удивляться? Такой–то куш срубил, поганец! И все за какие–то склянки… Мне бы так, я бы вообще дворец купила!».
Жилище чужеземцев долго искать не пришлось. Огромное здание — наверное, самое большое во всем городе, было сложно не заметить. После стука, дверь открыл рыжий здоровяк. Младлей не запомнила его имени.
— Лейтенант Лукин здесь? — официальным тоном спросила девушка.
Здоровяк чуть покачался и неуверенно махнул ей рукой, мол — «заходи!». «Он пьяный что–ли? Ох сено, да они вообще когда–нибудь просыхают?» Пройдя вслед за рыжим на кухню, фелисина обнаружила всех пятерых пришельцев. Они сидели за столом, заставленным кучей разных бутылочек и склянок, пребывая в явно подавленном расположении духа, то и дело наливая себе новые порции алкоголя.
— О! Еще одна рожа на поминках! А ты что здесь забыла!? — с какой–то странной улыбкой воскликнул Лукин.
Остальные бойцы откровенно враждебно покосились на гостью. Младлею стало не по себе, в этих взглядах было столько неприязни, что её казалось, что ощущала её кожей. «Да что это с ними!?»
— Тут такое дело… Я могу поговорить с тобой наедине? — стараясь не поджимать уши, спросила стражница.
Она хотела сообщить ему, что её прислали следить за ними, но говорить здесь младлей не собиралась. Ей очень не хотелось оставаться рядом с другими людьми. Она чувствовала себя так, словно оказалась в клетке с голодными мантикорами.
Лейтенант как–то неуверенно хмыкнул и объявив, что «он скоро», встал из–за стола. Сивира удивленно отметила, что Лукин не взял с собой даже автомат. А ведь он с ним не расставался! В туалет ходил только вооружившись! Молча пройдя за лейтенантом, Сивира, вместе с ним, вышла из дома.
— Тут такое дело… Мне приказано следить… Эй, ты куда? — обескураженно крикнула девушка в спину великану, удаляющемуся в яблоневую рощу.
«Что за чертовщина тут происходит!?» Сивире ничего не оставалось, как последовать за ним. Пройдя первые деревья, Лукин вдруг остановился и принялся закуривать. Глаза девушки подметили сильную дрожь в его руках.
«Да на нем лица нет! Неужели опять кто–то погиб!?» со смесью испуга и волнения подумала младлей.
— С тобой всё в порядке? На тебе лица нет!
Я так и просидел до утра на кухне. Всю ночь я перечитывал книжечку, ковырялся в тряпье, осматривал медали и нет–нет, да прикладывался к бутылке вишневой водки. Это невозможно! Так не бывает! Эта недоделанная Солерия меня разыгрывает! Селедка чертова… Пытался я успокоить себя, но в глубине души понимал, это не подделки. Откуда этим мурзилкам про ядерную зиму известно? Ну или что мы там устроили?