— Да не в жизнь, — фыркает и кривится.
— Вот и посмотрим.
Я ложусь на спину и укладываю девушку себе на грудь.
— Что ты делаешь?
— Сегодня не в счёт, если я сейчас уйду спать в гостиную, это будет не красиво. Ты опять скажешь, что бросаю девушек после секса, — отвечаю я.
— Ты просто хочешь меня облапать, — говорит, задравши голову. Прижимаю её обратно к своей груди, чтобы она не прожигала меня взглядом.
Я уверен, что ей всё понравилось, а разорвалась она... Не знаю, от гордости. От вредности. Очень удобно получить оргазм и расплакаться.
— Поставь будильник на восемь, мне завтра на работу, — говорит, зевая. — Ты же меня отвезешь?
— Отвезу, спи.
Когда я услышал мирное сопение и, погладив по волосам, убедился, что никто не вцепился мне в лицо, поцеловал Касси в макушку и решил, что нужно снова кого-то пригласить. Она увидит меня с другой девушкой, приревнует и сдастся. С другой стороны, мне это не нужно. Меня подтягивает азарт охотника, только и всего. Хочется получить наконец признание от Касси, что лучше мужчины в постели у неё ещё не было. Как только объяснить ревность и злость. Скорее всего, это небольшое раздражение от того, что всё идёт не по моему сценарию. Слишком много сил уже потрачено, чтобы сдаться.
Глава 15
То, что сделал Реен, было непростительным. Пользоваться мной, пусть я и улыбалась ему, а потом испытала оргазм. Расплакалась я от обиды, что всё-таки попала в его сети, и злилась я на себя. С него взятки гладки.
Утро наступило быстро, и пригревшейся и сонной мне пришлось царапать грудь Реена, чтобы он выключил свой орущий будильник.
— Сделать тебе завтрак? — спрашивает мужчина, переворачиваясь на бок вместе со мной в объятьях, выключив тарахтелку. Он такой теплый, большой... Я спрятала голову у него на груди, чтобы не соприкасаться с утром. Так не хотелось вставать.
— Касси... — обнимает меня в ответ и нежно трётся щекой о мой висок.
Вот это мне нравится. Без наказаний, жёсткого секса и девиаций.
— Мне надо в душ, а ты, так уж и быть, можешь приготовить мне завтрак, — шучу я.
— Меня с собой не возьмёшь? Могли бы сэкономить воду.
— Нет.
— Ты совсем не думаешь об экологии, — заявляет этот наглец. Реен отлипает от меня, кажется, со звуком, как присоски с утятами от дна ванной.
«Он не человек, он осьминог», — подумала я и растянулась в улыбке прямо ему в спину.
В ванной меня никто не потревожил, хотя я ждала, что хозяин дома не сможет сдержаться и не упустит такой шанс. То, что у нас было, нельзя назвать сексом, полноценным, как он есть. Я была слишком взвинчена, пьяна и не совсем понимала, что происходит. То же самое, что есть суп руками, вроде вкус тот же, но между пальцами течет, сильно отвлекает. Нельзя расслабляться рядом с ним, но и всегда напряженной быть нельзя. Я решила поговорить с Рееном откровенно. Воспользовавшись чужим феном, я была благодарна Элис за её вещи в ванной, но не хотелось снова её видеть. Что-то есть нездоровое в моей неприязни. Мы не связаны клятвами с хозяином дома, тем более я сама просила помочь ей.
Чужой расчёской пользоваться не следовало, но, может, она так поймёт, что Реен занят. Я осмотрела полочку с кремами и выбрала тот, что покрасивше, намазала им руки. Не знаю, для чего он был предназначен, но мне стало намного легче. Человеческие самки всегда метят территорию вот таким способом, и мне хотелось немного пометить её тоже. Женщина всегда заметит, если кто-то трогал её крем или помаду. Я настолько увлеклась своей маленькой игрой в переставлении баночек по цвету и размеру, что Реену пришлось меня прервать.
— Что ты делаешь? — спросил он, а я быстро убрала руки за спину и сделала загадочное лицо. Хотя боковым зрением я заметила дурацкую улыбку на своем лице. Такая обычно бывает, когда дети совершают какую-нибудь мелкую пакость и очень рады этому.
— Ни-че-го, — ответила я и прошла на выход в одном нижнем белье, но с сухими волосами.
Натянула платье в полном одиночестве и отправилась на кухню. Моя хозяюшка уже приготовила пышный омлет и бутерброды с сёмгой. Кофе пах в самых лучших ресторанах. Всё-таки надо отдать должное, Реен — способный мужчина, я бы с радостью у него пожила недельку с такими-то завтраками.
Напиток был шикарным, как то, что находилось в тарелке.
Хозяин дома в одном полотенце на бедрах вернулся на кухню. По его груди стекали редкие капельки с мокрых волос. Они будто лизали его рельефное тело, как язык мороженое.
Реен заметил мой взгляд и, поставив кружку с кофе, погладил себя по груди. Я следила за его рукой, которая переместилась на живот, а потом на бедро. Пальцы прошлись по полотенцу там, где пряталось мужское хозяйство. Хозяин дома прикоснулся к нему, сжал ладонью, показывая контуры, а я смотрела как завороженная.