Джио глубоко вздыхает.
- При всем моем уважении, мне кажется, это лишь усугубит ситуацию.
- У нас не особо большой выбор, Джио. Мне нужны люди и поддержка влиятельных лиц, - я вздыхаю и оттесняю его в угол комнаты. - Очень скоро Николай начнет свою игру. Он не пойдет на нас в лобовую, но и мы не можем атаковать его напрямую. Проникновение на его базу – это самоубийство. Я считаю, нам лучше подловить Николая вдали от его территории.
- Уна могла бы выманить его, - тихо произносит Джио.
Я бросаю на него свирепый взгляд.
- Предложи это еще раз, Джио, и я убью тебя, несмотря на то что ты мой друг.
Он упирает руки в бока.
- Неро, перед тобой стоит невыполнимая задача. Нам необходимо выманить его, а Уна – единственная, ради кого он гарантированно вылезет из логова.
- Джио, ты мне предан или нет?
- Ты же знаешь, что да.
- Тогда ты должен быть предан и моему ребенку.
Какое-то время он молча смотрит на меня, а потом со вздохом кивает. Мельком взглянув за мое плечо, Джио разворачивается и возвращается к группе мужчин, которых собрал до этого. Я оборачиваюсь как раз в тот момент, когда Уна, спустившись по лестнице, с самодовольной улыбкой приближается ко мне.
- Как считаешь, я выгляжу достаточно невинно?
- Не уверен, что это подходящее слово, - бурчу я.
На ней серое платье, обтягивающее все, что только возможно. Растущий живот не был бы более заметен даже с прикрепленным к нему проблесковым маячком. Ткань подчеркивает каждый изгиб ее тела и заканчивается где-то чуть выше колена. На ногах Уны туфли на высоких каблуках. Волосы струятся по спине серебристо-белым каскадом. На губах неизменная и печально известная ярко-красная помада, делающая Уну невероятно сексуальной и одновременно напоминающая о том, кто она такая. Уверен, что мой отец не нуждается в напоминаниях.
Уна подходит ко мне и, пригладив ладонью лацкан моего пиджака, произносит:
- А теперь пойдем. Ты же не хочешь заставлять своего папочку ждать.
Глава 17
Уна
— Я должна все знать, — заявляю я, когда мы оказываемся в оживленном потоке Нью-йоркских улиц.
Неро вздыхает, откидывается на спинку сиденья и кладет ладони на руль.
— А конкретнее?
— Чезаре.
С глубоким вздохом он останавливает на мне взгляд своих темных глаз.
— Он сильный лидер. Его власть построена на сочетании страха и уважения. Чезаре придерживается старых традиций.
— Мафия просто помешалась на традициях, — бормочу я.
Неро ухмыляется.
— Традиции для него – главное препятствие.
— Женщины и дети?
Он кивает.
— В том числе. Во время визита в Хэмптонский особняк он выразил… неудовольствие по поводу тебя.
Из меня вырывается смех.
— Неро, я ведь русская. С тем же успехом я могла бы быть Антихристом.
Неро барабанит пальцами по рулю, и на его губах появляется легкая улыбка.
— Он хочет, чтобы я женился на добропорядочной итальянке.
К такому я не была готова. Отчего-то сердце сжимается, и я отворачиваюсь к окну, пытаясь избавиться от неприятных ощущений.
— Рано или поздно тебе придется это сделать, — тихо говорю я. Раньше подобных мыслей у меня не возникало, но, само собой, ему придется. Главное для мафии – это сохранение чистоты крови, укрепление традиций и безопасность женщин. Итальянских женщин. Правильный брак – это мудрый стратегический ход. Я все понимаю. Это рациональное решение. Тогда почему одна мысль об этом меня так раздражает?
— Morte, — пальцы Неро касаются моего бедра, и я, сглотнув ком в горле, на секунду закрываю глаза, прежде чем повернуться к нему лицом. Он останавливает машину на обочине оживленной трассы и смотрит прямо на меня. Его взгляд напряженный, но завораживающий.
— Я - Неро Верди, — надменным тоном произносит он. — Я беру то, что хочу, — его рука жестко сжимает мой подбородок, лишая возможности отвернуться. — И я чертовски уверен, что мне на хрен не нужна добропорядочная женщина. Мне нужна ты, моя маленькая жестокая бабочка.
Мы пристально смотрим друг на друга. Выражение лица Неро жесткое, почти злое.
— Неро, ты - младший босс. Существуют правила, традиции, которые ты просто не можешь нарушить, — шепчу я.
— Могу и нарушу.
Я даже поперхнулась.
— Это несерьезно.
Неро живет ради власти и добивается ее, проливая столько крови, что и сравнить не с кем. Чтобы в этом вопросе пойти против мафии…
— Ты не можешь бросить все, чего добивался с таким упорством, просто из-за того, что я жду от тебя ребенка, — вздыхаю я. — Это не… это касается уже не только нас. Никаких обещаний, никакой привязанности. Мы не можем…