— Нет, — голос Неро звучит обманчиво спокойно.
Я поворачиваюсь к нему лицом, но он опережает меня и, застав врасплох, обнимает со спины. Одной рукой он обнимает меня поверх груди, фиксируя руки, а другой – за талию.
— Не сопротивляйся, — сердито шепчет он мне на ухо. Удары сердца эхом отдаются в ушах, дыхание сбивается. Я пытаюсь вырваться, но у Неро стальная хватка.
— Неро …
— Я не позволю тебе этого, Morte, — его дыхание касается моей шеи, но хватка не ослабевает. — Ты не имеешь права голоса, когда речь идет о безопасности нашего ребенка.
Я делаю глубокий вдох и беру себя в руки.
— Ты не понимаешь. Он убьет ее, но меня в покое не оставит. Он никогда не успокоится. Вот и все.
— Уна …
— Ты говорил, что мы во всем равны.
После нескольких секунд сомнений с губ Неро срывается хриплый стон.
— Это совершенно другое. Ты перестаешь рационально мыслить, когда дело касается Анны.
— Ты мне доверяешь? — шепчу я. Поворачивая к нему голову. Он прижимается своей щекой к моей щеке, и я чувствую на своей коже его колючую щетину. Отрывистый вздох срывается с губ Неро, и я почти чувствую его отчаяние, словно вздыхает демон, живущий в нем. Он боится. Неро боится.
— Morte…
— Ты доверяешь мне? — повторяю я свой вопрос.
Он вздыхает.
— Да.
— Мы должны взять это под свой контроль.
— Что именно?
Я стараюсь высвободиться из захвата Неро, и он с неохотой отпускает меня, хотя, судя по его виду, готов снова скрутить меня в любую секунду.
— Николай считает, что у него есть преимущество, — начинаю я. — И мы должны сделать все, чтобы он продолжал быть в этом уверенным. Мы должны усыпить его бдительность.
Темные глаза Неро встречаются с моими. Я вижу в его взгляде желание посадить меня под замок в надежном месте, а ключ выбросить куда подальше.
Но мне нужно убедить его.
— Я знаю, куда он меня отвезет. Ты сможешь вытащить меня оттуда.
— Нихера! Ты никуда не поедешь! — Неро ощетинивается и переходит на крик.
— Я должна!
Он делает угрожающий шаг в мою сторону, и я отступаю.
— Если я вернусь к нему, он будет уверен, что победил. Я смогу… Я смогу подобраться к нему ближе, смогу выманить его, — торопливо объясняю я. — Это единственный способ.
— Нет! — Неро почти рычит.
— Просто выслушай меня. И постарайся быть объективным.
— Я не могу быть объективным, когда дело касается тебя.
— И это позволит Николаю победить. Потому что в его жизни нет любви, нет места никаким чувствам. У него нет слабостей.
Неро обхватывает ладонями мои щеки и заставляет взглянуть на него.
— Любовь – это не слабость, Morte. Любовь – это сила.
Хотелось бы верить. Лично я не чувствую себя сильнее, ведь на кону жизни слишком многих людей, которых я люблю.
— Неро, единственная слабость Николая – это я. И я единственная, кто может воспользоваться этим.
Стиснув челюсти, Неро тяжело вздыхает, а потом отходит от меня.
— Нет. У меня есть другой план. Оденься, у нас будут гости, — и, не оглядываясь, выходит из комнаты.
***
Сидя на диване в кабинете, я смотрю на экран ноутбука и нервно дергаю ногой. Неро в это время говорит по телефону, но я чувствую на себе его взгляд. Стены кабинета давят на меня. Единственная картинка, возникающая в моей голове, – это сломленная и униженная Анна, до того, как Неро ее выкупил. Я снова вижу, как истощенную, беспомощную девушку насилуют перед веб-камерой ради развлечения каких-то извращенцев. Неужели Николай поступит с ней также? Сможет ли она пережить все это еще раз?
В итоге я больше не могу выдерживать пылающий взгляд Неро, поэтому решаю встать и сходить за кофе.
Стоя у барной стойки, я жую батончик мюсли и глажу Джексона по голове, пытаясь успокоиться, когда до меня доносится звонок – это лифт. Услышав характерный испанский акцент, я выбегаю из кухни. Рафаэль д`Круз. Я узнаю его, потому что Николай из года в год заставлял меня запоминать всех влиятельных людей нашего мира: капо, боссов, продажных политиков.
С ним четверо мужчин, и все они быстро переговариваются о чем-то с Неро и Джио. Рафаэль на полном серьезе прижимает к груди скрещенные руки, словно оправдываясь. Я бросаюсь в их сторону, и они замечают меня лишь в последнюю секунду.