Однажды у меня были мечты.
Однажды у меня были наполеоновские планы.
Однажды я была уверена в себе.
А потом за считанные минуты моя жизнь перевернулась, как будто яркая, красивая фотография вдруг превратилась в негатив. И я, сломленная, забилась в угол и лелеяла мое отчаяние. Спряталась от жизни и от того, о чем мечтала, и ждала, когда прошлое заживет и когда вспышки воспоминаний перестанут мучить меня по ночам, истощая силы.
Я стала моим собственным ограничением.
Джек проницательный мужчина, если разгадал мое прошлое с первого взгляда и по страничке резюме. Пугающе проницательный, но этим его достоинства ограничиваются. Нельзя судить человека по прошлому. Я стала другой. Справилась, победила страхи и теперь живу на полную катушку. Или по крайней мере собираюсь.
7
Джек смотрит на меня, постукивая пальцами по столу. Не зря мне сразу не понравились его руки, надо верить предчувствиям.
Глубоко вдыхаю, пытаясь подавить гнев, но это не помогает.
– У меня нет наполеоновского резюме, но меня вполне устраивает моя жизнь. Мне сказали, что вы успешный и талантливый человек, которому нужна помощь, чтобы устроиться в Англии. Однако те, кто вас рекомендовал, не знают, что ваша голова застряла так глубоко в вашей заднице, что вы ничего не видите, кроме собственного раздутого эго. Что ж… Мне пора. Скоро обеденный перерыв, ягнята ждут… – Помахав рукой на прощание, вкладываю в голос максимум сарказма. – Не утруждайте себя хорошими манерами, не вставайте! Я сама найду выход.
Дверью я не хлопаю, хотя хочется, внутри пенится ярость. Да, я недалекая, ограниченная. Да, я долго пряталась от мира. И рисковать я не люблю, и отца у меня нет, и на ферму меня взяли по знакомству. И ягнят я обожаю, и все остальное он тоже угадал.
Но это не его дело. Каждый выбирает для себя, и мой выбор достоин уважения.
Нора стоит под дверью, наверняка подслушивала. Похлопав меня по плечу, улыбается.
– Мистер Эванс золотой души человек! Мне кажется, вы произвели на него впечатление.
Произвела впечатление? Они оба не в себе, поэтому и сработались без труда. Хотя… на Наполеона она не похожа.
Покачав головой, решительно направляюсь к выходу. Нора пыхтит следом.
– Я пеку лучший в графстве яблочный пирог. Хотите попробовать? Вам кофе или чай?
– Спасибо, но я спешу.
– Такси еще не подъехало…
– Я не вызывала такси.
– Но до ближайшей деревни две мили, а сегодня холодно и сыро…
– Всего доброго, Нора! – Улыбаюсь пожилой женщине. Она не виновата в том, что ее работодатель хам. – Не могли бы вы передать кое-что мистеру Эвансу?
– Да, конечно! – Растерянно хлопает по карману. Ищет блокнот, чтобы записать мои поручения.
– Скажите ему, что я не ношу дырявые носки.
Отвернувшись от удивленной женщины, выхожу на крыльцо.
Джек прав, я пока что не воплотила мою мечту, не реализовала потенциал. Прошлое разрушило меня, разбило, и потребовалось три года, чтобы прийти в себя.
Однако я справилась. Из сломанных частей сложила нечто новое, сильное.
И я этим горжусь.
Успеваю дойти до конца подъездной дороги, когда подъезжает машина. Заказанная не мной и заранее оплаченная. Из окна выглядывает пожилой мужчина. Его добродушное, изрезанное морщинами лицо сияет улыбкой.
– Садитесь, мисс Элли! Я довезу вас куда хотите. С ветерком! За счет мистера Эванса, конечно, вам ничего платить не надо. Меня зовут Мик, я родился в Димби и живу здесь уже шестьдесят пять лет. И никуда отсюда не денусь, это уж точно. А вы приехали наниматься на работу?
– Нет. – Мой ответ звучит отрывисто, невежливо, но такое уж у меня настроение, невежливое.
Мик не обижается на мою грубость. Остановив машину, выскакивает наружу. Коренастый, с объемным брюшком и седыми завитками бороды, он похож на деда Мороза.
– Вам понравится в Димби. Это хорошее место, тихое, семейное. Вы мельницу видели?