Разъяренному Антону ничего не оставалось, как убирать пахучие следы кошачьего отравления. Самого Антона тошнило от мерзкого запаха, никак не желавшего улетучиваться. Или не все места кошачьей мести Антон обнаружил? Ему пришлось открыть окно, пододвинуть к нему стол с компьютером, надеть куртку, натянуть вязаную черную шапку. Пальцы стыли, и Антон периодически подносил их ко рту, согревая своим дыханием.
В таких экстремальных условиях Антон писал главу об Игнате и Светлане. Расшифровку своего интервью Антон сделал еще в первый же день, вернувшись от Светланы. Это была легкая механическая работа, не сравнить с подлинным литературным трудом. Холод, ненависть к коту Берии, дурной запах и, главное, воспоминание о чудной девушке и собственные планы на нее подвигли автора на то, чтобы сделать из героя мерзавца высшей пробы. Про диссидентство Игната, его увлечение картофелеводством было напрочь забыто. Установка: не говорить о покойниках плохо — отброшена как мешающая творческому замыслу. Игнат превратился в старого сластолюбца, развращающего девственниц. К тому моменту, как в тексте появилась Светлана, Игнат успел перепортить десяток наивных провинциалок, приехавших в Москву за красивой жизнью. Красивая жизнь не задалась: девушки оказались на панели, стали алкоголичками и наркоманками.
Антон не ограничился намеками, а подробно описал, как Игнату удавалось вершить свое черное дело. Тут, как водится, не обошлось без личного опыта автора.
Как-то после бурного и, как казалось Антону, мощного секса с Алиной он спросил, напрашиваясь на похвалу:
— Тебе ведь было хорошо?
Алина закурила, пустила столб дыма:
— Ты, Пузырек, скорострел. Но это нормально для юноши, вступающего в половую жизнь.
Она говорила как умудренная опытом женщина, хотя была ненамного старше Антона.
— Предпочитаешь старперов?
Алина не обратила внимания на его шпильку. Она никогда не придавала значения обидам людей, услышавших правду. Алина стала говорить о том, что мужики, потерявшие с возрастом скорострельность, к половой любви относятся со смаком, все делают не торопясь, с оттягом, мастерски владеют петтингом и доводят девушку до экстаза, еще не пустив в ход свой древний агрегат.
— Но тогда бы молоденькие девушки гроздьями висели на стариках, — не поверил Антон.
— Девушки ведь зрячие, — ответила Алина, — а чтобы лечь в постель с мужиком из категории «три «П» — пузатым, плешивым, потным, — надо быть слепой.
Игнат, герой романа, подходил под категорию «три «П» и не рассчитывал на любовь с первого взгляда. Он действовал медленно и методично — дарил молоденьким дурочкам подарки, вел себя галантно, приучал к своим прикосновениям, начиная с невинного поглаживания руки или плечика. Антону не хватило «специальных» знаний, когда он перешел к описанию собственно совращений. Недостающую информацию он почерпнул в Интернете, кстати открыв для себя много нового. Антон не был мастером чувственной прозы. Описания того, как Игнат действует языком и пальцами, покрывает интимные места девушек медом и сливками, водит по их телу кусочками льда, пускает в ход вибратор, напоминали полицейский протокол. В финале девушки бились в экстазе, теряя рассудок от удовольствия. Они становились секс-рабынями Игната, готовыми ради свидания с папиком на любые преступления. Но, как только девушка доходила до подобного состояния, Игнат терял к ней интерес и переключался на следующую жертву. Светлану Игнат окучивал особо тщательно и хитро. Потому что Светлана была прекрасна — Антон расстарался и дал портрет Светланы на двух страницах. Тут были все возможные литературные штампы плюс придуманные Антоном образы: и лебединая шея, и гитарные изгибы бедер, и волнующие бугорки грудей, и много чего еще — Антон не обошел вниманием ни один сантиметр Светиного тела. Правда, читателю предстояло догадаться, какова на ощупь «мраморно-бархатная кожа», поскольку мрамор и бархат вызывают противоположные ощущения. Реальная Светлана действительно обладала прекрасной кожей. А со Светланой литературной вышла промашка: автор, не разбиравшийся во фруктах, приписал ее щекам цвет спелой вишни, которая, как известно, оттенком напоминает свиную печенку.