Оттого факта, что Света влюблена в Игната, было не уйти. Но факт этот не вписывался в концепцию произведения. Поэтому чувство Светы объяснялось, во-первых, неоспоримым мастерством Игната-растлителя, а во-вторых (автору показалось мало сексуальной зависимости), тем, что Игнат регулярно опаивай Свету психотропными средствами, подавляющими волю и превращающими Свету в покорную, вечно радостную дурочку.
Поскольку Игнат не бросил Свету, позволил ей родить ребенка, поселил в шикарной квартире, автору пришлось признать, что Игнат испытывал к Свете особые чувства. Тут, быть может, Антон и залез бы в психологические дебри (ударился бы в психологию), приписал бы Игнату катарсис на фоне любви к обворожительной Светлане. Но в этот момент кот Берия загадил квартиру, пришлось отвлечься. И, сидя возле открытого окна, дыша смрадом кошачьих экскрементов, замерзший и злой Антон сделал героя чернее некуда. Игнат вынашивал страшные планы продать за большие деньги Мурлыку на усыновление в Албанию, прекрасно зная, что там ребенка пустят па органы. Предварительно Игнат хотел посильнее травануть Свету, чтобы та попала в больницу без сознания, а потом сказать ей, что ребенок погиб. Кроме того, он планировал соорудить на кладбище ложную могилку сына, куда бы приходила безутешная мать. Последнюю идею Антон считал особо удачной: и коварство Игната показано, и горе несчастной обманутой Светы.
Роман подходил к концу. Финал, как и начало произведения, — всегда предмет терзаний автора. Но Антон быстро нашел выход, гениальный, конечно. Он вывел себя. Описал сцену нападения на Свету, свое мужественное заступничество. Упомянул о травмах, которые не стал демонстрировать Свете, она обрабатывала только видимые ранения. Их общение на кухне было пронизано взаимной симпатией (ведь у Светы в отсутствие Игната выветрился наркотик, которым он ее пичкал), их взгляды говорили о надежде на общее светлое будущее. Из подъезда дома, в котором живет Света, Антон выходит с твердым намерением расправиться со старым извращенцем и отравителем Игнатом. Откуда литературный Антон узнал о деяниях Игната, автор уточнять не стал, на мелочи он не разбрасывался. Потом Антон вспомнил, что реальный Игнат Владимирович Куститский сыграл в ящик, следовательно, разделаться с ним уже невозможно. Но Антон не стал переписывать предыдущие абзацы, а накатал «Эпилог», в котором Куститского во время охоты в Африке задирает носорог, а в госпитале, куда привозят раненого, у него обнаруживают чуму. Испуганные полудикие африканские врачи еще тепленьким бросают Куститского в яму с известью и сверху насыпают большой холм земли.
Похоронив героя-злодея, поставив точку, Антон откинулся на стуле.
— Гениально! — воскликнул он, глядя на последние строчки текста на мониторе компьютера. — Бомба! Шедевр! Я талантище!
Он оглянулся по сторонам, но в комнате не было никого, кто разделил бы его восхищение. Только Берия со стеллажей следил за Антоном немигающими глазами-вишенками.
Антон подошел к стеллажам, задрал голову и сказал коту:
— Самым ценным в твоих воспоминаниях будет то, что писатель Антон Белугин убирал за тобой дерьмо.
Кот закрыл глаза и притворился, что спит.
Перед встречей с Куститской Антон долго считал на листочке, складывал в столбик цифры причитающегося ему вознаграждения. Получалось очень много. Снова обуяли сомнения — не отвалит Полина Геннадьевна такую прорву денег. Но есть еще альбом. Присовокупить его в качестве бонуса? Сделать широкий жест? Плевала Куститская на его жесты. И почему он должен задарма расставаться с такой ценной вещью?
— Эх, где наша не пропадала! — махнул рукой Антон.
Напечатал и вывел на принтере финансовый отчет. В первом столбике — статьи расходов (аванс, пилоты, проживание в гостинице), во втором — потраченные суммы. Как всегда, стоило Антону коснуться клавиатуры, его тут же несло. Поэтому появилась строчка «непредвиденные расходы» — испорченная одежда, «технические расходы» — якобы плата хулиганам, напавшим на Свету, «врачебные расходы» — мнимый гонорар врачам, зашивавшим его раны, «накладные расходы» — новый диктофон, флешки, распечатка романа, доступ в Интернет. Поразмыслив, Антон убрал доступ в Интернет. Но все-таки технические, врачебные и накладные расходы потянули на пятнадцать тысяч рублей. На дороге такие деньги не валяются. Общий итог стал еще больше, но у Антона не поднималась рука уменьшить возможный заработок. Будь что будет. В конце концов, у него есть дополнительный аргумент в виде альбома.