— Ты ни в чем не виноват. — Соня наконец поняла, как глупо смотрелась со стороны. Женя не мог читать мысли и понять её влюблённость. Она натянула улыбку. — У меня был тогда тяжелый день, но сейчас я полна сил и идей, как тебе помочь.
— Так точно, капитан! — Женя отдал честь и широко улыбнулся. Ладони быстро скрылись в задних карманах джинсов. — Какие идеи?
У Сони, если честно, не было никаких идей. Внимание было, как и подарки. Комплименты тоже были. Соня никогда не признается, но она смогла прочитать одну записку до прихода Леси. Стоит сказать, Женя был очень открыт в выражении своих чувств. Что удивляло, а ещё злило — из зависти, конечно.
— Мы все перепробовали, не так ли?
Женя кивнул.
— И результата до сих пор нет?
Последовал снова кивок. Соня нахмурилась, будто впервые слышала собственные слова.
— Это невозможно! Ты что ей признался, а она отшила тебя?
— Я... — Женя замялся. — Она не отшила меня, вроде как.
Это действительно было правдой. Возможно, Леся даже хотела продолжить общение и когда-нибудь они бы перешли на новый этап. Но Соня поняла ответ совсем иначе.
— Ты так и не признался ей?!
Она слишком эмоционально крикнула, отчего повернулось несколько ребят из других отрядов. Женя шикнул и потянул её за локоть подальше от тропинки.
— Нет, как-то не получилось. — Соврал. Вот так просто, даже не моргнув. А потом, ухмыльнувшись, снял кепку и растрепал кудрявую чёлку. Женя и сам толком не понимал, почему так сказал. Просто не хотелось, чтобы Соня узнала правду.
— Демчук! — Она взвизгнула от возмущения и ткнула его пальцем в грудь, стараясь не обращать внимания, насколько она была твёрдой. — Да ты издеваешься! Как из всего потока своего болтливого рта ты не смог сказать самое главное?! Теперь у нас только одна цель.
— Под кодовым названием «признаться в чувствах»?
Женя уже знал о пристрастии Сони придумывать названия каждому их шагу. И эта деталь казалась ему ужасно милой. А ещё его радовало, что только он знал об этой особенности. Он собирал такие мелочи, как красивые камушки в карманы, чтобы потом пересматривать и радоваться лишь их присутствию.
— Именно. Нужно признаться, может купить шары. Хотя нет, отстой.Может игрушку? Нет, она не любит игрушки. Или любит, я не знаю. Вот чёрт! — Соня схватилась за голову. — Я не знаю, не знаю... Мы так много перепробовали, и обычно всё заканчивается не так, как мы планировали. Хотя... Вы же были на свидании, просто болтали. Точно! Ты просто ей скажешь, и всё. Без подарков. Только ты и твоя искренность.
Женя не вмешивался в поток мыслей, удивляясь, как быстро менялся настрой девочки.
Только когда она выжидающе посмотрела на него, он наконец отреагировал простым согласием.
— Нет, я тебе не верю. Давай прорепетируем.
— Хорошо, и что говорить?
— Скажи от всей души, что чувствуешь.
Женя посмотрел на Соню. На её хрупкие плечи и лёгкий румянец, на её маленькие карие глазки. Он вспомнил, какая у неё широкая бывает улыбка, а ещё как мило торчит длинная чёлка из-под панамки.
Соня вся напоминала зефир: тягучий и приторно сладкий. Такой много не съешь, как бы ни хотелось.
Женя почувствовал фантомную липкость на языке, отчего во рту набралось слишком много слюны, и громко сглотнул. Он помнил Соню счастливой и спокойной. Как она бьёт маленькими кулачками по его груди от гнева, как ластится, глотая слёзы от обиды.
Женя перемещался между воспоминаниями, как между карточками в галерее, сменяя одну на другую взмахом пальца. На одной они спорят, а на другой разделяют приятную тишину. На третьей прячутся от вожатых, а на четвертой крепко обнимаются. И не хотелось останавливать это объятие.
Женя вздохнул и посмотрел ей прямо в глаза.
— Ты мне нравишься.
Соня застыла. Фраза прозвучала так искренне, что на мгновение, всего на один взмах ресниц, она решила, что он серьёзно, что слова предназначались ей. Казалось, даже сердце замедлило ход. Она прикоснулась к щекам, чувствуя жар.
— Очень хорошо, Краткость — сестра таланта. — Соня пришла в себя, и земля снова начала крутиться. Она ободряюще улыбнулась и похлопала его по плечу. — А дальше должен быть поцелуй.
Женя кивнул.
— Хорошо, давай.
— Что?! — Шокировано выкрикнула Соня и резко отдёрнула руку, словно от только вскипевшего чайника.
— Давай целоваться, что. — Женя подошел ближе. — Ты же обещала меня учить признаваться. Вот, учи до конца.
Если быть совсем честным, Женя уже целовался, даже пару раз. Но всё равно строил из себя дурачка, если обманывать, то нужно идти до конца. В это мгновение он решил, что так и узнает, есть ли у него шанс с Соней. Даст пощёчину и убежит? Значит, и продолжать не стоит, а его тайна умрёт с ним навеки. Согласится? Тогда уже придётся придумывать, как оправдать своё резкое переключение. Он выжидающе смотрел на неё.