— Разве записи не должны оставлять только ребята из твоего отряда? — Вмешалась Ника. Она не могла терпеть присутствие маленькой пиявки ни минуты.
Диана одарила её прищуром выразительных глаз.
— Ты, — Она продолжила прожигать девочку взглядом и положила ладонь на плечо Димы. — Я предупреждала тебя, чтобы ты не подходила больше к моему Димочке.
— Я напоминаю, что люди всё ещё не твоя собственность.
Диана хотела продолжить препираться, но почувствовала ладонью как мужская рука уходит дальше к стулу Сони. Брови Дианы нахмурились.
— Почему ты так сидишь? — Обратилась Диана к Диме. — Вы что встречаетесь?
— Н-нет — Соня сразу прижала ладошки к груди в защитном жесте и с трудом выговорила каждый звук.
— Диан, это уже совсем...
— Какое утешение! — Перебила Диана Диму, театрально выдохнув с облегчением. — Прости меня, Димочка.
— Прости? — Дима был в замешательстве. Фраза девушки звучала не к месту. Позже он тысячу раз пожалел, что спросил, но...
— Ну да! — Диана активно начала жестикулировать, пытаясь выплеснуть всю информацию как можно быстрее. — Извини, что оскорбила тебя своим предположением. Я испугалась, что ты тоже поддался её чарам, но, конечно, мой Димочка другой.
Диана пыталась прижаться губами к виску парня, но тот наклонился пониже к бумаге. Её не смутил этот жест и она самодовольно обратилась к Соне.
— Слышишь, Щёки? Думаешь, ты умнее и можешь вешаться на парней? Как бы ты не старалась быть подстилкой сначала Саши, потом Жени, ты им не нужна. Никому не нужна. Ты просто щёки, и ими навсегда останешься. Поплачь, съешь за троих, как ты обычно делаешь, и смирись.
Соня открывала и закрывала рот, глаза начинало жечь от подступающих слёз. Чем она заслужила такое отношение? Тираду Дианы слышал весь отряд. Дима удивленно поднял голову и собирался сделать девочке замечание.
— Довольно — Крикнул Женя за соседним столом, бросая столовые приборы. Он встал с места под грохот керамики и направился к Диане, прожигая её взглядом сверху вниз. — Послушай меня, тупое дьявольское отродье.
— Какого хрена Демчук?! — Закричали ребята с разных сторон, подходя ближе.
Дима пытался остановить Женю за локоть, но тот предупреждающе выставил ладонь.
Неожиданный страх сковал Диану, лишив дара речи. Она кралась медленно и осторожно назад, как делают охотники при виде хищника, пока не уперлась спиной в берёзу.
— Прежде чем указывать на внешность других, научись мыть за ушами и пользоваться дезодорантом. — Крик перешел на тихое и этим более пугающее рычание. Женя уперся рукой в ствол дерева, наклонившись к уровню её лица — Любой звонкий голосок может сломаться, понимаешь, к чему я клоню? Лучше тебе хорошенько промыть свой поганый рот. Соня — моя подстилка? Хочешь, чтобы я порылся в твоем грязном белье и рассказал Димасу про Никиту из твоего отряда? Хочешь, чтобы твоя любовь разочаровался в тебе? Я устрою, ты знаешь, со мной лучше не шутить.
Под громкие просьбы прекратить Женя наклонился к уху девушки, чтобы остальные не могли услышать.
— И насчёт щёк. Ещё раз услышу, что вы используете кличку, будет плохо. Только я имею право так называть её.
***
С момента как экскурсионный автобус тронулся с места, Соня не отводила взгляд от локтя Жени, торчащего в проходе. Он сильно прижимал к себе рюкзак, а брелок с котиком болтался из стороны в сторону. Или это всё-таки хомяк? Соня запуталась.
Но она точно знала, что должна поблагодарить Женю как можно скорее. Поэтому, когда вожатая объявила об остановке на десять минут, Соня поспешила к мучащему её месту и умоляла Женю поговорить. Наедине. Женя хоть и неохотно, последовал за девушкой. За автобусом Соня тревожно вертела головой и, убедившись, что поблизости никого нет, явно успокоилась.
— Я хотела поблагодарить тебя за то, что защитил от Дианы. — Неуверенно начала Соня, активно разглядывая камешки на асфальте. — Спасибо тебе, вот.
— Не за что. —Сухо звучало в ответ.
Женя уже хотел развернуться и уйти, как маленькая ладошка крепко сжала его локоть.
—Почему ты груб со мной, но при этом заступаешься? У тебя что-то случилось? Я не понимаю.
— Я тоже тебя не понимаю.
— Меня?
— На кой черт ты опять пытаешься липнуть к Саше? Опять на что-то надеешься? Тошно смотреть, как ты продолжаешь унижаться.
— Ничего я не унижаюсь. — Возмутилась Соня. — Я поцеловалась с ним из-за спора. Речь шла о тысячи рублей, Жень.
Женя широко улыбнулся, он не мог поверить услышанному.