— Это была сложная работа, — сообщил он, — мои люди обувь себе стоптали, честное слово. Если бы не моя личная заинтересованность, мы бы давно уже бросили это дело. Но этот эксперимент следовало довести до конца. И вот ты здесь!
— Игнат, дружище, прошу тебя, давай без громких вступительных речей. — Я почувствовал, как волнение захватывает меня и бросает в дрожь, — переходи к делу.
— Ну, нельзя же так, — произнес Игнат. — нет, я все понимаю, но дай мне насладиться торжеством момента. Хотя бы минутку.
Я обреченно пожал плечами и покосился на Игнатовых помощников. Они преданно смотрели в рот своего начальника.
— Что и говорить, но старина Ян мною бы гордился, — продолжил Игнат, сохраняя в голосе торжественные нотки, — я провел достаточно кропотливую работу. Знаешь, Фил, это не так просто — вычислить реинкарнированного. Возникла серьезная проблема, у меня были подозрения, что мы ничего не обнаружим. Но нам повезло.
— Не томи. — Проскрипел я сквозь зубы.
Игнат поднял вверх указательный палец с толстым перстнем на нем, задержал на мгновение над головой и ткнул в одну из папок, что венчала высокую стопку на столе.
— Вот здесь все мои наработки по этому делу, — сообщил он.
Я тут же сделал несколько шагов к столу, но Игнат остановил меня стремительным жестом.
— Подожди, подожди! — воскликнул он, — ну. Дай мне сохранить торжественность. Не шашлыки же жарим!
— Черт возьми, Игнат, я теряю много времени, — вскипел я, — и столько уже потерял.
— Умерь свой пыл, — посоветовал Игнат, — и слушай. Перейду непосредственно к делу. Двадцать два физиологических совпадения. Двенадцать в анатомии тела. Шесть совпадений на психическом уровне. Нам повезло. Валентина лежала в психиатрической клинике четыре года, поэтому накопилось достаточно много документов о ее психическом и физическом состоянии. Нам оставалось лишь проникнуть в клинику и ознакомиться с документами….
— Ее зовут Валентина?
— Именно, мой дорогой Фил. Валентина. Мы подняли историю болезней твоей Аленки и занялись аналитическим сравнением. Учение метемпсихоза, знаешь ли, позволяет проводить сравнения с точностью до девяноста трех процентов. Тут играет роль даже самая маленькая родинка на теле. Очень повезло, что в нашем распоряжении были медицинские карты обеих. Плюс, довольно глубокое психиатрическое изучение пациентки. Валентина до сих пор находится под наблюдением, так что все анализы были самыми свежими…
— Ближе к делу, — взмолился я, — где Валентина? Кто это? Как мне ее найти?
— Чудовищный, торопливый век, — проворчал Игнат, — нет в вас, в молодых, никакой размеренности и последовательности. Все бы вам куда-нибудь бежать, что-нибудь бы успеть раньше времени. А зачем гнаться за временем? А если ты его обгонишь? Ведь ничего хорошего из этого не выйдет… Ладно, слушай подробности, нетерпеливый. Валентина Эдуардовна Пенькова, тридцать шесть лет, живет в Москве с девяносто шестого. Инвалид. Практически слепая, хотя по городу может передвигаться самостоятельно. Живет с бабушкой. Мать умерла два года назад. Есть отклонения в психике. Несколько раз лежала в диспансере, плюс находится под наблюдением врача, посещает клинику два раза в неделю. Ну, и бабушка как-то там справляется. Три случая суицида. Один раз вскрыла вены, дурилка, но кровь свернулась, и все обошлось. Один раз выпила море снотворного, но подоспела бабушка, вследствие чего промывание желудка и антидепрессанты два раза в день. В третий раз, как все нормальные люди, пыталась повеситься, но опять же безрезультатно. Не смогла сильно затянуть петлю, в итоге проболталась двадцать минут, толком не задохнувшись, а там и бабушка подоспела. В общем, невезучая у тебя Валентина.
— Пусть невезучая. Скажи адрес…
Игнат вздохнул и выразительно посмотрел на подчиненных, будто мысленно жаловался им на тяготы собственной жизни.
— Молодежь, — скрипуче протянул он, — то есть, тебя не интересует, прав я или нет?
— Я думаю, разберусь.
— Разберется он. Вы, влюбленные, такие олухи. Вас обвести вокруг пальца — минутное дело. Сунул тебе под нос какую-нибудь бумажку, свечек ароматизированных везде натыкал — и ты уже во все веришь, со всем соглашаешься. А как ты узнаешь, что это твоя девушка? Думаешь, она будет так же выглядеть? Или характер у нее такой же? Не так все просто, Фил. Человек-то другой. Душа твоей Аленки спрятана где-то в глубине, на уровне, можно сказать, ДНК, лишь маленькая часть пробивается наружу, словно молодые ростки сквозь вспаханную почву. Не факт, что ты сможешь разглядеть в Валентине свою возлюбленную.