Людям речь очень понравилась. Принцессу приветствовали, называли королевой, отовсюду слышались призывы пойти в Верхний город и порвать короля на части.
Король же в это время сидел хмурый на троне, покручивая в руках корону. Это была третья корона правителей Иретирии. Первая, самая древняя из известных, была железная и символизировала стойкость, решительность, единение с народом. Впоследствии её заменили на большую, богатую, украшенную множеством драгоценных камней корону. Красивая, величественная, но тяжёлая и неудобная, она надевалась поверх специальной шапочки, и многие короли, которым не повезло с габаритами, выглядели в ней довольно карикатурно.
В руках Креона Флавия сейчас была третья корона. Лёгкая и удобная: золотой обруч с пятью сужающимися кверху лучами и двумя надписями: «множество народов, один король» и «благословение богов, воля людей». Пять королевств, которые однажды стали единым целым, одной страной, под властью одного короля.
– Мечты так и остались мечтами, – прошептал Креон каким-то своим мыслям.
В тронный зал вошёл Октавий и с тревогой в глазах подошёл к трону.
– Килия произносит речь в крепости ордена, перед своими соратниками.
– Конечно, перед кем же ещё речи произносить. Значит, орден с принцессой.
Октавий махнул рукой:
– Там того ордена, одна группа всего. Да и те, наёмники бывшие. Нацепили белые тряпки, думают это что-то меняет.
– Меняет, Октавий, это меняет всё!
– О чём вы, ваше величество? – вздрогнул от резкого жеста короля Октавий.
– Они знаменитости, герои. Спасители простых людей, крестьян, грозные убийцы нежити и всяких крысюков, каратели преступников. Народные мстители, поймавшие самого сильного некроманта. Орден дал отпор слугам тёмных богов, а их богиня находится среди них и любой человек может с ней встретиться. Это духовный орден, Октавий! Люди им верят и доверяют. Никто больше не считает этих людей наёмниками. Спроси любого простолюдина, он абсолютно уверен, что, если ему будет угрожать нежить, орден его спасёт. Не боги, не король, не армия, не наёмники, не стража, нет. Орден Цемфелады, могучие рыцари в белых мантиях с пылающим солнцем на груди и каким-то странным крестом, на сильных конях в белых попонах! Они прискачут и перебьют всю нежить. Просто так. Потому, что они – свет и добро! Сволочи. Это я свет и добро! Я! Король! Это я спасаю всех ото зла и бед! Я навожу порядок в стране!
Октавий немного посторонился, а король нервно прохаживался перед троном, размахивая короной.
– У земли должен быть хозяин! Один единственный! Эти… Это восторженное быдло ничего не понимает! Октавий, как можно вести дела, если ты не знаешь, будет ли у тебя в этом году зерно, древесина, смола, железо, золото?
– Мм-м-м…
– Я знаю, сколько зерна мне положено с конкретного графства. Я знаю, сколько его там растёт и назначаю налог. Конкретный налог, который соответствует интересам королевства! Мне плевать, что там этот граф делает! Сам он в земле ковыряется или пьёт круглый год. Пришла осень – отдай мне столько зерна, сколько положено. Всё, что больше вырастил – твоё, продавай или сам ешь, делай что хочешь, богатей или раздай каким-нибудь бездельникам. Дал меньше? Ничего, бывает, в следующем году отдашь. Не отдал даже половины от долга в следующем году? На виселицу!!! Ты не граф, ты подлый вредитель и преступник! Что не так с моим подходом к управлению королевством, Октавий?
– Да всё так, ваше величество. Много свободы и всё очень справедливо.
– Тогда какого лешего эти шакалы там собрались?! Чего им ещё надо?!
– Лларци избаловал народ. Дворяне обнищали, потеряли земли. Вы не хуже меня знаете, скольких он превратил в простых служащих, а чернь поднялась. И теперь это немытое племя не желает терять власть.
– Хаос. Хаос! Вот, что натворил этот безумец! Он вверг страну в хаос и теперь загнать обратно развращённый народ будет сложно. Теперь без большой крови не обойтись. Но мы ведь были к этому готовы. Где Бенедикт и Виникус?
– За дверью, ваше величество.
– Зови.
Генералы вошли.
– Я переезжаю в крепость. Организуйте там штаб и подготовьте войска. Килия не оставила нам мирных путей решения вопроса.
17
Всё утро в Верхнем городе творилось непонятно что. Суета, крики, люди перемещались большими группами, расползаясь по стене, собираясь у ворот и на площадях.
Паскель и Пруден пытались рассмотреть, что там происходит, но сделать это было довольно сложно. Верхний город не только физически стоял выше на местности, его оборонительные сооружения были повёрнуты, естественно, в сторону Нижнего города. Пришлось идти на скалу возле храма Тэлы. Пока думали да гадали, пришло сообщение от генерала Виникуса Десима, с просьбой о встрече.