Наёмники всегда хотели что-то продать, а торговцы всегда хотели что-то заработать. Они сотрудничали постоянно, поэтому на появившуюся в таверне Алию почти никто и внимания не обратил. Гранд-мастер? Да в этой таверне ещё и не таких птиц высокого полёта увидишь.
Максиниан встретил гостью на пороге, сразу предложив всё самое лучшее:
– Совершенно изумительный ягнёнок в лимонном соусе с печёной острой репой! Пальчики оближешь по самые локти, настолько потрясающий вкус!
– Лимонный соус? Ты же знаешь, я кислое не очень люблю.
– Нет-нет, никакой явной кислоты, лишь оттенок, только подчёркивающий вкус наинежнейшего мяса!
– Готовят у тебя и правда очень хорошо. Думаю, некоторые блюда даже лучше королевской кухни.
– Что вы, госпожа, разве можно сравнивать мои скромные навыки с королевской кухней. Вы мне льстите, но всё равно, приятно, благодарю за высокую оценку.
– Нет, Максиниан, это не лесть. Я несколько раз была на королевских приёмах и знаю, что говорю. Может быть самому королю подают иные блюда, но нас потчевали хоть и дорогими, но ничем особо не примечательными. У тебя… – Алия остановилась, – Мама иногда так готовила. Даже простое блюдо получалось особенным, было приготовлено с любовью и заботой.
– Вы просто разрываете мне сердце, госпожа, такими удивительными словами! Прошу вас, проходите, сегодня удивятся сами боги тем блюдам, которые я вам подам! Пожалуйста… Осторожно, ступеньки…
– Максиниан, – улыбнулась Алия, – я наёмник, а не дворцовая леди, ступеньки мне не страшны.
– Не говорите, даже самые маленькие ступеньки очень коварны! Ступайте осторожно!
С этими словами хозяин таверны испарился, готовясь подавать блюда. Каллист был гостем не частым. Не смотря на свой небольшой, девяносто четвёртый уровень, он служил советником, а эта должность подразумевала участие в таких делах, о которых Максиниану никогда даже слышать не хотелось. Он не чурался политики и опасностей, но и в самоубийцы не записывался. Сегодня он подаёт блюда высоким гостям лично и более чем доволен ролью официанта. Влезать в дела, которыми занимаются такие люди как Алия – всё равно, что смертный приговор себе выпрашивать. Честно говоря, он её побаивался. Красивая женщина, и улыбка такая приятная. Если не смотреть в глаза при этом. Не зря говорят, что они зеркало души. Глаза Алии не улыбались, они вспыхивали лёгким безумием. Пристальный взгляд Алии был крайне неприятным. Почему-то возникало ощущение, что сейчас тебе выпустят кишки и намотают их на подсвечники, например, при этом откровенно радуясь новому интерьеру.
Каллист о своей собеседнице имел точно такое же мнение, но понимал, что раз прислали её, значит, в вопросе она разбирается и вообще, это её тема.
– Стало быть, Октавий, с инспекцией западных границ уехал…
– Официальная версия, госпожа Краш.
– Зови меня Алия.
– Извините, госпожа, я не могу. Вы гранд-мастер. Для меня это всё равно, что своему гильд-мастеру тыкать. Лучше уж язык себе откусить.
Алия улыбнулась:
– Хорошо, госпожа так госпожа, как тебе будет удобно.
«Да, не зря именно её прислали. И расположила к себе, и должным сделала в одно слово. Та ещё змея».
– На самом деле, в одной из крепостей его будут ждать люди короля Картимана, чтобы доставить на тайные переговоры.
– Лорус Картиман? Понятно. Мальчик решил жениться. Значит, речь идёт о принцессе Килии. Рискованный ход, не так ли?
– Более чем. Все дворяне, преданные покойному королю, согласились поддержать Креона только при одном условии: Её Высочество Килия Лларци выйдет замуж за старшего сына короля Креона Флавия и престолонаследника, Его Высочества Ремуса Флавия. Если узнают, что король собирается выдать дочь ныне покойного Приска Лларци за короля Картимана, в стране начнутся сильные волнения. Принцесса – гарантия поддержки проводимых старым королём реформ, её не отдадут просто так чужому королю. Дело однозначно может дойти до кровопролития.
– Думаю, что догадываюсь, но лучше уточню. Вы чего так всполошились?