– А почему вы здесь, природу любите?
– Нет. Мы соблюдаем инкогнито, дабы минимизировать влияние на людей, их судьбы и течение исторических процессов.
– Похвально. Аканта была иного мнения, это ничего?
– Цемфелада ей грудь прожгла каким-то жутким заклинанием. Думаю, если мы её и увидим, то очень нескоро и в компании друзей. Сомневаюсь, что она теперь одна сунется.
– Я слышал, Чума пошла по чертогам тёмных богов, отряд собирает.
– Сомневаюсь, что у неё что-то получится. Тёмные божества не склонны объединять свои усилия. Какие ещё новости?
– Тасита где-то здесь.
– Безумная бешеная тварь. С этой разговаривать бесполезно.
– Да, с мозгами у неё совсем плохо. Как и с психикой. А что делать, придёт – встретим. Кстати, здесь недалеко сильный некромант себе гнёздышко свил. Если Чума его найдёт…
– Знаю. На днях За’Хар и Цемфелада пойдут его убивать.
– Он там не слабо окопался.
– Цемфелада должна сама пройти свои испытания. Наша задача, не дать ей навредить тем, кто может её развоплотить. Мы будем ловить Таситу и Чуму, Цемфелада убивать некроманта.
– А ты где такую вкусную курочку взяла?
– Купила. В деревне их целые стада бегают, ешь от пуза. И пожарят так, как захочешь.
– Если им жнеца показать, они нас бесплатно кормить будут, – подмигнул Глос.
– Хорошая идея, – сделала серьёзный вид Присси.
– Вы готовы пасть так низко из-за пары медяков?
Оба рассмеялись:
– Сикус, это юмор. Мы пошутили.
Полукс любил путешествовать. Он мог днями любоваться дорогой и окрестностями, сидя в повозке и записывая свои мысли и наблюдения. Недавно, некоторые его записи даже опубликовали. Он надеялся на публикацию своих философских рассуждений, но редактор отобрал лишь несколько красочных рассказов о боях с нежитью и ведьмами.
Особый интерес у читателей вызвал эпизод противостояния с «лесной ведьмой». Отшельница, практиковавшая тёмную магию, начала воровать детей, пытаясь вызвать какого-то страшно жуткого лесного демона. Вызвать она никого не вызвала, один ребёнок простудился, слёг и в конечном итоге погиб без лекарств и помощи жреца. Остальных она хотела вернуть, но наткнулась на разгневанных крестьян и охотников, прочёсывающих лес в поисках детей. Полукс и его группа отбить ведьму не успели и местные её забили насмерть, а потом закопали где-то в лесу.
Могилу искали долго, но найти так и не смогли. Только потом стало понятно, почему. Убитая превратилась в стрига и за одну ночь вырезала три семьи. Таким образом, ехали побеждать глупую ведьму, а получили жуткую тварь, за которой неделю потом гонялись.
Редактор историю немного приукрасил. В его интерпретации, дети погибли все, крестьян полегло половина, а сама ведьма хотела захватить власть, намереваясь убить местного барона. Полукс был сильно разгневан и дело чуть было не дошло до драки, но обошлось. Его даже стали узнавать благодаря этой насквозь лживой истории и теперь он мечтал опубликовать свои настоящие мысли относительно сил тьмы и их роли в этом мире.
Сидящую на обочине девушку заметили слишком поздно. Вначале Полукс даже не понял, что перед ним такое. Худая девушка с коваными ободами от кандалов на ногах, руках, поясе и шее, со свисающими с них обрывками цепей, сидела на краю дороги, обхватив колени руками и слегка раскачиваясь. На голове у неё была странная конструкция, напоминавшая металлический каркас ящика, с шипами в обе стороны. Внутренние шипы упирались ей в лицо, шею и голову, оставляя кровоточащие раны.
Кроме цепей, на ногах и руках имелись металлические браслеты, тоже с шипами, но смотрящими наружу, и по несколько спиц, проткнувших их насквозь.
Полукс в ужасе рассматривал несчастную, не понимая, кто мог такое сотворить с человеком и одновременно вспоминая, где он что-то подобное уже видел. Остановив повозку, он хотел броситься на помощь, но в этот момент девушка с лёгким стоном поднялась.
«Тасита * Слуга Алтхесты», гласила надпись над измождённым с виду созданием.
– Твою за ногу! – вырвалось у Полукса и он почувствовал, как кожа покрылась мурашками страха. Обернувшись к вознице, он проорал, – Беги, дурак! К бою! Группа, к бою!
В воздухе просвистела цепь, с небольшим полумесяцем на конце и голова одной из лошадей полетела в сторону. Вторая, дико заржав, ломанулась через обочину, таща за собой лошадиный труп и повозку, доскакала до арыка и свалилась с трёхметровой высоты, сломав себе шею.
Наёмники выскочили из повозок, с ходу вступая в бой.
– Инквизи-и-и-итор-р! – пропела Тасита, – Ты будешь умирать до-о-о-олго.
13
Сидон сразу узнал две повозки, въезжающие в село.