— Ценно для чего?
— Для моей работы.
— И что это за работа?
Он улыбнулся, но ничего не ответил. Вместо этого достал из кармана небольшой блокнот и ручку.
— Давай сыграем в другую игру. Ты задаёшь мне вопрос. Если я отвечаю «да» — ты получаешь право уйти. Если «нет» — остаёшься и выполняешь одно моё поручение. Согласна?
Я рассмеялась — резко, почти истерично.
— Ещё одна игра? Ты серьёзно?
— А у тебя есть выбор?
Я посмотрела на дверь. На окно. На него. Выбор? Когда у меня вообще был выбор?
— Хорошо, — выдохнула я. — Первый вопрос: ты когда‑нибудь проигрывал?
Даниил задумался на секунду, затем произнёс:
— Нет.
Внутри всё сжалось. Проклятье.
— Значит, я остаюсь и выполняю поручение, — сказала я сквозь зубы.
— Верно. — Он отложил блокнот. — Твоё первое задание: завтра в девять утра ты придёшь в это здание, но через главный вход. Поднимешься на седьмой этаж, кабинет 704. Там тебя будут ждать.
— Ждать для чего?
— Чтобы обучить тебя.
— Обучить чему?
— Тому, как видеть то, что скрыто.
Я хотела возразить, но он поднял руку.
— Это не просьба. Это условие. Если ты откажешься — я найду способ напомнить Артёму о его долгах. И поверь, ему это не понравится.
Шантажист. Но в его глазах не было злобы — только холодная расчётливость.
— Почему я? — спросила я тихо. — Почему не нанять профессионала?
— Потому что профессионалы знают правила. А ты… ты ещё не знаешь. И это делает тебя опасной.
— Опасной для кого?
— Для тех, кто думает, что контролирует игру.
В комнате повисла тишина. Где‑то за стеной слышались приглушённые голоса и звон бокалов. А здесь — только его взгляд, тяжёлый и изучающий.
— Время идёт, — напомнил он. — Тебе пора.
Я встала, чувствуя, как дрожат колени.
— Завтра в девять, — повторила я.
— Не опаздывай.
Когда я открыла дверь, он добавил:
— И ещё одно. Больше не приходи в «Орион». Это место… не для тебя.
Я не ответила. Просто вышла, оставив его в полумраке комнаты.
На улице шёл дождь. Холодные капли падали на лицо, смывая остатки страха и оставляя лишь горькое послевкусие. Что я наделала?
Но где‑то в глубине души, сквозь панику, пробивалось странное чувство. Любопытство.
Что он задумал? И почему я согласилась?
Я достала телефон и набрала сообщение Артёму: «Мы должны поговорить».
Ответ пришёл мгновенно: «Прости. Я всё исправлю».
Я усмехнулась. Исправлю. Как будто можно исправить то, что уже произошло.
Завтра в девять. Кабинет 704.
И я знала: это только начало.
Глава 4. Дверь в неизвестность
Дождь не прекращался. Капли стучали по асфальту, размывая огни уличных фонарей в причудливые блики. Я шла, не замечая холода, — мысли крутились вокруг одного: что ждёт меня завтра?
Телефон в руке дрогнул — пришло новое сообщение от Артёма: «Давай встретимся. Нужно поговорить». Я сжала аппарат, но отвечать не стала. Поговорить? О чём? О том, как ты поставил меня на кон, как вещь?
До дома оставалось два квартала, когда за спиной раздался шум мотора. Я инстинктивно прижалась к стене, но машина проехала мимо, обдав волной брызг. Сердце колотилось, как безумное.
В квартире было пусто и тихо. Я включила свет, сбросила мокрые туфли и рухнула на диван. Перед глазами снова возникло лицо Даниила — спокойное, почти безразличное, но с этой странной искрой в глазах. Он что‑то задумал. И я — часть его плана.
Будильник прозвенел резко, будто удар. Я перевернулась, пытаясь спрятаться от света, но мысли уже ворвались в сознание: 9:00. Кабинет 704.
Встала, натянула чёрное платье — единственное, что казалось достаточно строгим. Руки дрожали, когда я завязывала пояс. В зеркале отразилась бледная девушка с тёмными кругами под глазами. Ты справишься, — прошептала я, но уверенности не было.
На улице царил туман. Город просыпался медленно, словно нехотя. Я шла к зданию, где находился кабинет 704, и каждый шаг отдавался гулким эхом в груди.
Входная дверь оказалась массивной, из тёмного стекла. На посту сидела женщина лет пятидесяти с холодным взглядом.
— Вы к кому? — её голос прозвучал резко.
— Кабинет 704. Меня ждут.
Она молча кивнула, протянула пропуск и ткнула пальцем в лифт:
— Седьмой этаж.
Лифт поднимался бесшумно. Я смотрела на цифры, сменяющие друг друга, и пыталась унять дрожь в пальцах. Что, если это ловушка? Что, если я сейчас войду, а там…